В новой, Воронежско-Касторненской операции участвовали силы двух фронтов: Брянского, от которого выделялась левофланговая 13-я армия, и Воронежского, наносившего главный удар силами 60-й и 40-й армий. 24 января они двинулись в наступление, а к 29-му числу того же месяца уже определилось, что и 2-я немецкая армия потерпела сокрушительное поражение: оборона ее была прорвана на нескольких направлениях, часть дивизий попала в большой котел под Касторным, часть - в малые котлы по другим районам. Уничтожение окруженного противника проходило в очень напряженной борьбе и закончилось только к середине февраля. Лишь жалкие остатки некогда грозной 2-й немецкой армии сумели избежать общей участи и, вырвавшись из окружения, поспешно отходили на запад.
В итоге этих двух январских операций фронт противника был серьезно ослаблен на значительном протяжении. А в Ставке и Генеральном штабе к тому времени уже созрели соображения относительно дальнейшего наступления. Мыслилось использовать резкое ослабление противника на рубеже Касторное, Старобельск для стремительного овладения Курском, Белгородом, Харьковом и так необходимым стране Донбассом.
В сочетании с операциями войск Южного и Северо-Кавказского фронтов на Нижнем Дону и в предгорьях Кавказа развитие наступления Воронежского фронта на Курск, Харьков и Юго-Западного в Донбассе, по общему тогда мнению, неизбежно должно было привести к разгрому всего южного крыла противника. "Наступила благоприятная обстановка для окружения и уничтожения по частям донбасской, закавказской и черноморской группировок противника",- писала тогда Ставка. Вместе с тем открывались большие возможности и на центральном направлении: Верховное Главнокомандование намеревалось ввести там в дело Донской фронт, заканчивавший ликвидацию противника под Сталинградом.
Чтобы сегодняшний молодой читатель лучше понял ход военных событий в январе - марте 1943 года, я позволю себе напомнить, как Ставка оценивала в то время уже достигнутые результаты. Она считала, что на Волге, на Дону и Северном Кавказе, под Воронежем, в районе Великих Лук и южнее Ладожского озера Советская Армия разбила сто две дивизии противника. Только в плен мы захватили более 200 тысяч неприятельских солдат и офицеров, а среди боевых трофеев насчитывалось до 13 тысяч одних лишь артиллерийских орудий. В то же время из фашистской неволи были вырваны миллионы соотечественников и избавлена от оккупации огромная территория родной советской земли. Наши войска продвинулись вперед до 400 километров.
На основе этих очень внушительных данных, обнародованных в приказе Верховного Главнокомандующего от 25 января 1943 года, делался важнейший вывод: вражеская оборона взломана на широком фронте, в ней образовалось много пустых мест и участков, которые прикрываются лишь отдельными отрядами и боевыми группами, резервы противника истощены и остатки их он вводит в бой разрозненно, с ходу.
Общее поведение немецко-фашистских войск к югу от Воронежа и до Черного моря многими командующими фронтами и Ставкой оценивалось в то время как вынужденный отход за Днепр с намерением закрепиться на западном берегу этой серьезной водной преграды. Признавалось бесспорным, что инициатива, захваченная нами под Сталинградом, удерживается прочно и для перехвата ее у противника возможностей пока нет. Больше того, считалось маловероятным, чтобы гитлеровская армия предприняла в ближайшее время сколько-нибудь значительные контрдействия на Левобережной Украине или в центре стратегического фронта.
Из такой оценки обстановки вытекало и решение: наступать без пауз, поскольку любая потеря времени с нашей стороны дает противнику возможность прочнее осесть на занимаемых рубежах. Воронежский фронт по указанию Ставки срочно разработал план овладения Харьковским промышленным районом. Эта операция получила условное наименование "Звезда". В полночь 23 января Сталин утвердил ее и лично продиктовал Бокову обычную в таких случаях директиву.
А тем временем с Воронежского фронта в Москву вернулся Г. К. Жуков. В свете его доклада в Ставке Генеральный штаб прикинул возможности удара на другом направлении - курском. И через три дня, 26 января, Воронежский фронт получил дополнительную задачу: правым флангом наступать в общем направлении Касторное, Курск, уничтожить противостоящего противника и овладеть районом Курска.
В Ставке и Генеральном штабе понимали, конечно, что наступление одного фронта на двух операционных направлениях - дело нелегкое. Можно было предвидеть, что Курска и Харькова противник не отдаст без серьезного сопротивления. Обстановка, однако, благоприятствовала нам, и задачу оставили в таком виде.
Дальнейшие события показали, что мы, к сожалению, переоценили раскрывшиеся перед нами перспективы, не все учли.
