— Хранилище прекрасно охраняется. В него невозможно войти незамеченным, собственно, как и выйти. Оно имеет не менее десяти уровней защиты. Помещение оборудовано инфракрасными детекторами тепла. В двери, окна встроены сейсмические датчики, датчики магнитного поля, доплеровский радар, — энергично перечислял Николаев, — и добавьте ко всему этому, что хранилище стережет бронированная дверь с замком из десяти миллионов возможных комбинаций. И это только то, что находится внутри банка. А еще с полсотни видеокамер снаружи, просматривающих практически каждый сантиметр улицы.
— Где находятся камеры слежения?
— Они расположены на столбах по периметру. На стенах встроены сейсмические датчики. Так что если у кого-то возникнет безумная мысль высадиться на крышу хранилища на вертолете, то у него не будет ни одного шанса на успех. Причем наблюдение за банком ведется все двадцать четыре часа в сутки. Что вы на это скажете? — криво усмехнулся Александр Игоревич.
— Значит, по-вашему, задача невыполнимая?
— На мой взгляд, совершенно бесперспективная!
Шабанов оставался невозмутимым:
— Что ж, тем более интереснее будет в него проникнуть.
— Я предоставлю вам всю интересующую информацию. А вам уже самому решать, стоит ли заняться этим делом или лучше предпочесть что-нибудь попроще.
— Еще мне нужен план банка.
— Хм… Вы знаете, куда меня толкаете? Любого, кто заинтересуется такой информацией, тотчас возьмет в оборот служба безопасности. Да меня просто уволят!
— Вам предстоит действовать осмотрительно. Тем более вам это не впервой.
— Легко сказать… — Задумавшись, Александр Игоревич добавил: — Впрочем, можно что-нибудь придумать. Планы зданий должны находиться в органах пожарного надзора. У меня там работает приятель, он мне кое-чем обязан, попробую достать через него. — Посмотрев на часы, Николаев сделал озабоченное лицо: — Однако мое время истекло. Нужно возвращаться на службу. А то, знаете ли, у нас в цехе все очень строго, не хотелось бы, чтобы управляющий подумал, что я вошел в сговор с грабителями.
— Вы очень остроумны, — на прощание ответил Степан.
— Скорее всего, я реалист.
Прошло уже шесть лет, как Глеб Абрамов принял на себя руководство службой безопасности компании «Российские алмазы». Практически службу он создавал с нуля, что не мешало ему сделать ее одной из самых эффективных в регионе. За это время он навел в компании порядок, придав разрабатываемым карьерам статус особо охраняемых зон. Благодаря разветвленной сети информаторов Абрамов знал, что творится в компании, и своевременно перекрывал каналы, по которым алмазы уходили с производства. Нельзя сказать, что хищения прекратились, но, во всяком случае, они сократились в разы. Столь же энергично действовала и его внешняя разведка. Ему интересны были люди, прибывавшие в Дружный, а потому едва ли не на каждого человека, интересовавшегося карьером, было заведено досье. Было такое досье и на генерального директора, хранившееся в его личном деле. Если все-таки однажды от него решат избавиться, то компрометирующие документы всплывут самым неожиданным образом, высветив нехитрую цепочку хищений.
В компании намечались какие-то серьезные перемены, уже сейчас воздух, казалось, был наэлектризован настолько, что буквально потрескивали волосы, так что нужно быть готовым к любому развитию событий, а сейчас он видел свою задачу в том, чтобы исполнять приказы начальства и не забывать пополнять досье новыми компрометирующими материалами.
В этот раз ему дали задание проследить за Степаном Шабановым, и чем больше он о нем узнавал, тем интереснее для него была эта фигура. Парень неординарный, надо признать. Остается лишь гадать, что творится в его башке.
Прозвеневший звонок вывел его из задумчивости:
— Глеб Петрович?
— Он самый. Что там у тебя?
— Докладываю! Он крутится около банка «Заречье». Камушек я ему передал. Он клюнул. Похоже, что у него самые серьезные намерения. Теперь главное, чтобы он не выбросил его.
— Такими вещами не разбрасываются.
В трубке раздался сдержанный смешок:
— Это уж я так, пошутил.
— Хорошо. Присматривай за ним. Только старайся держаться на расстоянии. Мало ли чего.
Абрамов положил трубку. Операция вступает в решающую стадию. Что ж, нужно будет доложить об этом начальству. У каждого свои интересы.
Едва постучавшись, в кабинет впорхнула Юля, новая секретарша Курганова, и живо доложила:
— Андрей Макарович, к вам подошел Федор Юрьевич.
— Хорошо. Пусть заходит, — разрешил генеральный директор, вымучив на лице нечто похожее на улыбку.
