— Это не в твоих интересах, я слишком много о тебе знаю. А потом мы с тобой похожи. Я слеплен из того же теста.
— Вы мне не сказали, как вас зовут.
— Называй меня Сергеем Викторовичем.
— Имя не настоящее?
— Для нашего дела это неважно. Так что ты скажешь?
— Хорошо. Я согласен. Что я должен сделать?
— Взломать защиту у банка «Заречье».
— Ничего себе задачка! — ахнул Сумароков.
Шабанов невольно ухмыльнулся: вполне предсказуемая реакция, было бы странно, если бы он повел себя как-то иначе.
— Я знал, что тебе понравится.
Третьим участником группы был Константин Ряшенцев, погоняло Скалолаз. Еще один самородок, по криминальной специальности «домушник». Его особенной слабостью были последние этажи высотных зданий. Несмотря на молодость, к своему делу он подходил весьма обстоятельно, профессионально, тщательно подбирая подходящую квартиру для ограбления. Как правило, его клиентами становились весьма состоятельные люди, имеющие возможность проживать на верхних этажах высоток, чтобы, спрятавшись у бога за пазухой, лицезреть растянувшуюся у подножия Москву. Богачи со свойственной им беспечностью любили распахивать окна настежь, чем значительно облегчали Константину работу, наивно полагая, что вряд ли отыщется смельчак, что рискнул бы проникнуть в жилище со стороны улицы.
Можно было только представить степень их разочарования, когда квартира все-таки оказывалась ограбленной. Причем Константин был из тех домушников, что старался не пропускать ни одного угла, выгребая из них все самое значительное. Так что после его визитов негде было укрыться даже комнатной мыши. Скалолаз аккуратно складывал в рюкзак добро и с помощью альпинистской страховки спускался по стене дома.
К выбору подходящего «терпилы» Константин приступал столь же основательно, как и к самому ограблению. Предпочтение отдавал домам, в которых селились исключительно состоятельные люди. Но даже среди них существовали свои бедняки и богачи, и тут важно было не проколоться. Важна была любая мелочь — на каких машинах они разъезжают, как одеваются, с кем общаются. Вооружившись биноклем, Константин рассматривал окна потенциальных «терпил», надеясь отыскать богатство. Порой ему это удавалось… Вот только сбывал он сокровища по бросовым ценам, и у всякого кто догадывался о его воровской специализации, невольно возникала мысль, что процесс ограбления его интересовал куда больше, чем добытые вещи.
К своей воровской специальности Скалолаз пришел не сразу. В молодости Константин Ряшенцев всерьез увлекался альпинизмом и даже покорил пару семитысячников на Тянь-Шане. Однако организация экспедиций стоила значительных средств, и в оставшиеся десять месяцев он занимался тем, что красил фасады высотных зданий, работал на мостах, где требовалась недюжинная альпинистская подготовка, чтобы заработать на новые восхождения. Бывал даже Дедом Морозом, заявляясь через окна к детям прямо в разгар новогоднего праздника. В общем, приключений хватало. И вот однажды, заглянув в одну из таких квартир, обставленную дорогой мебелью, он подумал: «А почему бы не явиться сюда в отсутствие хозяев?» Что, собственно, и сделал, набрав за два часа необременительной работы аж на восхождение на Эверест. А потом он просто потерял счет ограбленным квартирам, и теперь драгоценности его интересовали куда больше, чем панорама с вершины семитысячника.
Однажды Константин присмотрел квартиру, хозяин которой укатил с молодой подругой на Мальту, оставив хоромы на попечение межведомственной охраны. Вот только окна, выходящие на многолюдный проспект, ставить под сигнализацию не пожелал. Оно и понятно, кому же взбредет в голову безумная мысль вламываться в окна на двадцать втором этаже высотного здания, чтобы совершить кражу. В тот раз Ряшенцеву удалось вынести греческую вазу, которая сделала бы честь любому музею мира, уже на следующий день он продал ее туристу, помешанному на греческих артефактах. Тогда он посчитал, что выручил за нее неплохо. Две недели, проведенные на Гавайях, пролетели как один день, потом были Таиланд, Греция, Мальдивы. Деньги, как и все хорошее, обладают одним неприятным качеством — быстро заканчиваются, а потому он отважился наведаться уже в знакомую квартиру еще раз, всерьез полагая, что хозяин, среди огромного количества антиквариата, вряд ли обратит внимание на отсутствующую вазу. Но, как выяснилось впоследствии, его уже там поджидали. Приключение оказалось куда более коротким, чем он предполагал. Едва Константин ступил на порог, обмотанный страховочными веревками, будто бы тропический паук паутиной, как тотчас на его плечи многопудовой тяжестью навалился какой-то здоровяк.
Самое скверное, что его повязала не вневедомственная охрана, при которой имелся небольшой шанс на спасение, а хозяева квартиры, которые не станут обременять себя внутренними терзаниями, а просто скинут непрошеного гостя с двадцать второго этажа.
