— Ну-ну! Ты вроде бы не похож на самоубийцу, но если так считаешь… Хочу предупредить: если ты вдруг надумаешь перепрыгнуть на другой балкон и уйти от нас, то знай, мы тебя все равно достанем, Скалолаз. Во всяком случае, адрес твоей матушки мы знаем, она у тебя добрая старушка, до сих пор думает, что ты в институте работаешь.
— Мне не надо повторять, — проскрипел зубами Ряшенцев.
Встав на подоконник, Константин уверенно ступил на карниз, выступающий всего-то на полкирпича, и, сохраняя равновесие, цепляясь крепкими тренированными пальцами за неровности на стене, двинулся в сторону распахнутого окна. Улица была равнодушна к его проказам. Автомобили, выстроившись на шоссе в четыре полосы, двигались аккуратно, дисциплинированно останавливаясь перед светофорами. Отдельные гудки, перекрывая шум улиц, доносились до верхних этажей. Внизу равномерный гул толпы, порой нарушаемый громкоголосым девичьим смехом. Однако Константин ничего этого не замечал, полностью сосредоточившись на двадцатиметровом отрезке, который следовало преодолеть. Уверенно и осторожно, шаг за шагом, он продвигался вперед, аккуратно переставляя стопы, обутые в рифленые кожаные ботинки, отмечая наиболее сложные участки дороги. В середине пути карниз был изрядно разрушен, крошки обсыпавшегося кирпича, сносимые ветром, падали на козырек подъезда. Перешагнув опасный участок, Константин на мгновение потерял равновесие, но успел вцепиться в выемку между кирпичами. Лопатки зачесались, хотелось унять усиливающейся зуд, но делать этого не следовало. Во всяком случае, не самый подходящий момент. Константин подумал о том, что сейчас сероглазый вместе со «шкафами» наблюдает за его осторожной поступью. Интересно было бы посмотреть на их вытянутые физиономии, когда он пошатнулся, перешагивая опасный отрезок. Наверняка они, снедаемые любопытством, подумали: «А каково это — свалиться с шестидесятиметровой высоты?» Хмыкнув, мысленно пообещал: «Такого зрелища я вам не доставлю».
Окно оказалось ближе, чем он предполагал, правда, дорога стоила немалых нервов. Лучше не думать о том, что каждый шаг может стать последним, — подобные мысли портят настроение. Остановившись у открытого окна, Константин заглянул вовнутрь квартиры. В голову пришла лихая мысль: «Вот было бы весело, если бы кто-то из проживающих увидел его физиономию между разросшимися листьями». Никого! Ровным счетом. Взобравшись на подоконник, он аккуратно ступил в просторную комнату, оклеенную мягкими зеленоватыми обоями. Осмотрелся. Одну стену занимали медали и грамоты, чуть в сторонке висели в рамках развешанные фотографии. Не удержавшись, Константин подошел и всмотрелся в запечатленные лица. Среди них было немало популярных людей. А хозяин-то любит быть в окружении знаменитостей. А вот это уже намного интереснее — на самом почетном месте, в окружении прочих регалий, висела бронзовая олимпийская медаль. Константин подошел к двери, потянул за ручку. Дверь, как и предполагалось, оказалась закрытой. Может, оно и к лучшему, на парочку приключений будет меньше. Вернувшись к столу, Ряшенцев выдвинул верхний ящик, чем-то тяжеловато шаркнувший. Невольно сглотнул: у самой стеночки, вместе с просыпанной мелочью и серебряным портсигаром с затертой крышкой, лежал «макаров»; здесь же небольшая, всего-то из четырех ключей связка. В какой-то момент ему пришла отчаянная мысль: «А что, если взять «макаров» и, вернувшись, наставить его в лоб сероглазому, после чего победителем покинуть негостеприимную квартиру?» Но он тотчас отказался от подобной идеи: не тот расклад, чтобы разыгрывать подобный пасьянс. В случае осложнений придется валить всех троих, что сделать будет крайне непросто. Не потому что жаль, а в силу того, что они так же могут быть вооружены стволами. Сунув ключи в карман, Константин осторожно ступил на карниз и тем же предельно осторожным шагом двинулся назад.
Обратный путь занял гораздо меньше времени — неудивительно, маршрут уже проложен. Верзилы стояли в глубине комнаты, довольно ухмыляясь, сероглазый держался впереди и оставался серьезным. Остановившись у окна, Константин помедлил: протянутой руки не дождаться, ничего, как-нибудь справлюсь и без посторонней помощи. Перегнувшись через высокий подоконник, он уверенно соскочил в комнату.
— А ты молодец, — одобрительно протянул хозяин. — Могло быть и похуже.
— Вот ключи, — Константин вытащил из кармана связку.
— Можешь оставить ее себе в качестве приза, — отмахнулся сероглазый. — Взгляни сюда, — показал он на компьютер, стоявший на столе. Константин вытянул шею и едва не крякнул от удивления: на экране он увидел себя стоящим у стола, в той самой комнате, откуда только что пришел. — Правильно поступил, что ствол не взял. Иначе с тобой произошел бы несчастный случай. Ты мне подходишь, всегда любил фартовых. — Вытащив из кармана пачку долларов, он отсчитал тысячу и сунул ее в руки оторопевшему Константину. — Это тебе за потраченные нервы и небольшой аванс на предстоящее дело.
— Какого черта! Что все это было?! Ты зачем поставил туда видеокамеры?
