— А за рулём — помощник министра автопрома СССР, лично перевозящий ответственный груз для технологического эксперимента. Но вашему сержанту, товарищ лейтенант, важнее другое. Он потребовал три рубля за проезд, не получил и сильно обиделся.
Лейтенант вперился в моё раскрытое удостоверение, затем вырвал из рук подчинённого документы, вернув мне с извинениями.
Когда спускался по железным облупленным ступенькам, из будки доносилось:
— Придурок, мать твою! Какого хера у министерского деньги тряс?
— Так гэта… Ён не казау, што з министэрства…
То есть простого работягу облапошивать можно и нужно, а обладатель каких-то важных корочек получает охранное свидетельство от вымогательств. Я не злопамятный, просто злой. На адрес начальника белорусского ГАИ придёт бумага на бланке союзного министерства, пусть разбираются со своими орлами.
Больше приключений не случилось, если это назвать приключением, после полудня подрулил к грузовой проходной моторного и с наслаждением размялся: после ГАИ ни разу не вылезал из-за баранки. Обратная дорога представлялась тем ещё испытанием для седалища и спины. А ведь я сравнительно молод, каково водителям за пятьдесят, чьи позвоночники усеяны грыжами как новогодняя ёлка огоньками?
Игнат Камейша, предупреждённый о моём приезде и неожиданном контракте на доработку моторов, прождал у проходной лишний час, едва не приплясывая от нетерпения. Внешне он успел здорово измениться с тех пор, как мы с ним познакомились, я тогда трудился на ВАЗе. Располнел, посолиднел, взрывное расширение автомобильных производств в республике позволило двигать технические науки (или изображать движение — не берусь судить), Игнат защитил докторскую и готовился получить эполеты профессора. Пока погрузчик цеплял поддоны с моторами, чтоб опустить их в цех, рассказал белорусские новости, некоторые тревожные.
— Ваше министерство знает, что принято решение переоборудовать Могилёвский авторемонтный завод в сборочный легковых автомашин?
— Слышал только обсуждение вопроса, Житков своё резюме не озвучил…
— А его позволение не нужно! Завод принадлежал коммунальщикам, то есть находится в республиканской собственности. Его перепрофилирование будет осуществляться исключительного за счёт белорусского бюджета, частично — с привлечением кредитов. Если «березина» идёт на экспорт, «рогнеда» на экспорт и по организациям, эти малолитражки собираются продавать населению. Сам знаешь, для людей цена устанавливается в 2.5 — 3 раза выше. Прибыль целиком осядет в республике.
— Ты же вроде как местный патриот, Игнат. Что тебя не устраивает? Это мы в Москве должны волноваться.
— Сиюминутно — всё хорошо для нас. Но в долгосрочном отношении рушится централизованная плановая система управления экономикой. В Совмине и Госплане СССР решали — где и что производить, какие регионы на чём специализировать. Свободная конкуренция в автомобилестроении может вылезти боком, а ошибки в этой отрасли очень дорого обходятся. Вспомни, как появилось предложение новинок от ВАЗа, и люди перестали желать «Москвич-412», те попали в открытую продажу и начали зависать, пока ты не наладил по уму производство на АЗЛК. Повалили «рогнеды» в такси, упал спрос на ГАЗ-24 со стороны таксопарков, и пока не сократили их выпуск, были застрявшие партии, даже парни с Кавказа и Средней Азии не торопились их брать. Наконец, когда Ижмаш выкинул на рынок малолитражку с мотором 1300 по цене чуть больше, чем на «запорожцы», украинские недоделки стали колом… пока на них не скинули цену и не снабдили новым двигателем. Две сотни тысяч, а до этих цифр наши надеются дотянуть выпуск, перегрузят рынок. Заявленная могилёвская розничная цена 5500, даже если ближе к началу продаж подрастёт на несколько сотен, начнёт сбивать цену на «москвичи», «жигули» и «рогнеды».
Я с погасшим энтузиазмом смотрел, как погрузчик зацепил вилами последний поддон с волговским мотором. Сейчас занимаюсь машинами среднего класса по литражу, но что помешает таким энтузиастам, не только в Белоруссии, но, например, на Украине, да и на Кавказе амбиций выше крыши, запустить своего конкурента «волге» или «русланам»? Да, рядовому советскому потребителю машина достанется дешевле и проще, но страна не готова. Нет ни дорог, ни сервиса, ни заправок, ни парковок для количественного изобилия, как случилось в лихих 90-е, когда сравнительно дешёвые покоцанные иномарки с пробегом хлынули в Россию и другие страны бывшего СССР. ВАЗ как-то выжил на дотациях, легковое производство на ГАЗе и АЗЛК быстро сыграло в ящик.
