Но в нашей ситуации, когда нужно довести до ума волговский мотор, это же находка! Изменяется радикально только голова. Магниты не нужны с таким большим потребляемым током как, например, реле стартёра. Ими можно управлять бесконтактно, транзисторным блоком, куда более простым, чем блок управления впрыском! На каком-то этапе объединить в один узел управление клапанами, зажиганием и впрыском, мы из уродца получаем вполне современный мотор! Возможно, тянущий даже на Евро-5, если добавить катализатор и изменяемые фазы газораспределения, чтоб и на малых оборотах тянул, и на больших гнал как шальной. Конечно, заменив верёвочку на человеческий задний сальник коленвала.
Ни при каких условиях нынешний директор ЗМЗ ничего подобного не решит, он заточен на исполнение спущенного сверху с умеренным процентом брака. Значит, ГАЗ… Нет, лучше НАМИ. И — вперёд! Тогда при сохранении почти без изменений блока цилиндров, шатунно-поршневой группы и коленвала мы создаём нормальную альтернативу и старому уродцу от ГАЗ-24, и даже V6. Головка блока без коромысел механически проще! А на электрику найдём поставщиков.
Кажется, «Волга ГАЗ-24» только что обрела шанс на незаслуженно долгое продолжение жизни.
Со Старой площади я вернулся в министерство, но не пошёл к себе в кабинет, редко посещаемый хозяином, а сразу поехал на АЗЛК. Как минимум, требовалось вернуть «волгу» на завод, свою роль машина отыграла. И даже испытала народный гнев. В дальней поездке тяжёлый утюг вместо привычных малолитражек, тем более подшаманеный моими бывшими подчинёнными, по ощущениям был вполне удобоварим, несмотря на примитивный салон и некоторые другие родимые пятна от старой «волги». Хотелось надеяться, что 24−10 удастся лучше. Обрадовал ребят из экспериментального цеха, что они скоро получат из министерства странный заказ — превратить 80 штук ГАЗ-3102 в реальные автомобили, пусть бывшие подчинённые заработают на леденцы. И забежал в медпункт к супруге, не только соскучившись, но и предполагая, что проще всего добраться домой, используя её в качестве водителя и владельца транспортного средства.
Она на меркантильную сторону моего поступка не обратила внимания. Уже избавилась от докторского халата, подошла, обняла.
Ей богу, приятно. Ничуть не менее, если бы пришёл к милой на свидание в цветочно-конфетный период ухаживаний.
С Валей у нас многое получилось наоборот. Быт начался раньше, чем наладились лично-интимные отношения. Я её, конечно, люблю, но ещё очень сильно чувствую благодарность, что выручила и поддержала в самый трудный для меня период, не напоминает и не злоупотребляет, хоть прекрасно знает, как признателен муж.
С того самого превращения из просто симпатичной в реальную «вау» благодаря чародейкам из Дома мод, что меня потрясло и по-хорошему удивило, поддерживает форму. Да, это обошлось семейному бюджету не дешево, плюс дотации распространились на сестру. Зато Машка рассекает с видом принцессы… нет, королевны! И часто забегает к нам, несмотря на то, что желающих скрасить её досуг достаточно.
— Серёжа! Как хорошо, что эту неделю ты с нами. Я уж приготовилась быть сугубо воскресной женой. Как любовницей женатого мужчины.
— Ты и дети — мой главный стимул как можно меньше торчать в Горьком. Но заданий в духе «вычерпать Волгу ложкой» мне сегодня столько навалили в ЦК… Конечно, я — не единственный сотрудник министерства, буду просить людей в помощь, но, блин… Здесь последнее время было поспокойнее.
— И ты ради острых ощущений потащил меня на ралли?
— Когда ты стоишь так близко, обвив меня руками за шею, больше хочется тащить тебя на квартиру к Машке.
— Но-но! — благоверная чуть отстранилась, удовлетворённая эффектом, подразнить и прокинуть — едва ли не высшее женское удовольствие. — Мы не предупредили ни Мариванну, ни твою сестру.
— Завтра?
— Если будешь себя хорошо вести. Поехали домой.
Выбора мне не оставила. В машине рассказал про грядущие дела на поволжских заводах и не только. Ижевск — глубоко за Волгой, ближе к Каме. Туда только самолёт.
— Отдашь «руслана» военным? Они же сделают из него бронетранспортёр! — не поверила жена.
— Ключевое слово «сделают». А не сунут в долгий ящик. После сегодняшнего я убедился, что больше не смогу ему уделить столько внимания. В конце концов, машина предназначена преимущественно для внутреннего использования. Экспорт факультативный. Так что себестоимость — вопрос философский, даже если будет равна цене БТРа.
Техническими тонкостями о модернизации движков для «волг» и УАЗов особенно её не грузил, Валя права — перекинуть бы этот головняк на инженеров НАМИ. А с ГАЗом только сам, сам.
— Хочешь идею? Тебе для возрождения престижа «волги» понадобится реклама. Сделай Катю Журавлёву лицом модели.
Если бы она с ноги врезала по тормозам, и меня приложило о торпедо, не так бы удивился.
— Почему именно Катю⁈
— Видела её утром у конструкторов. Девка не в себе. С мужем развелась. Этот быстрый прибалт её столь же быстро доконал. А так вернёт себе уверенность.
— Но в неё же надо вложить тысяч пять!
