— Морковку ели? — спросил я у Якушева.
— Целый мешок, — растерянно ответил тот. — Люблю я её, сил нет. А это как-то связано?
— Да, — кивнул я. — У вас ложная желтуха, связанная с употреблением большого количества каротина. Он как раз содержится в моркови.
— Так я здоров, получается? — обрадовался Семён Петрович.
— Здоровы, — улыбнулся я. — Морковь из рациона полностью убирайте, и цвет кожи через несколько дней придёт в норму.
— Спасибо, господин! — радостно воскликнул Якушев. — А то мои-то уже напридумывали себе. Пойду и тогда успокою!
Он убежал, а я повернулся ко всё ещё обиженно надувшей губы Лизе.
— Впредь при пациентах своё мнение, тем более в таком приказном тоне, не высказывайте, — проговорил я. — Наедине можете, с удовольствием с вами обсужу интересующую вас тему.
— Я уже поняла, — процедила она.
За час я успел принять шесть пациентов.
Скорость, возможно, была ниже, чем у других врачей приёмного отделения. Но зато за качество я точно мог ручаться. Ни один пациент не был направлен в какое-либо отделение «абы как». Одного направил в терапию, одного в хирургию, остальных удалось отпустить домой.
Через час появился опоздавший Антон Кириллович. Лет на пять старше меня, невысокий, со светлыми волосами, завязанными сзади в хвост.
— Это вы мой спаситель? — дружелюбно улыбнулся он. — Антон Кириллович, врач приёмного отделения.
— Константин Алексеевич, врач-интерн терапии, — я пожал протянутую мне руку, с интересом отметив для себя, что приветствие это совсем не аристократическое.
— Спасибо, выручили, — кивнул он. — За городом был, думал, на смену вовремя успею, но в пробку попал. Хорошо прикрыть смогли, а то точно выговор получил бы.
— Женщина из регистратуры попросила, — пожал я плечами. — Мне не сложно, в отделении врачи ещё остались.
— Ну это неважно, главное, что откликнулись, — отмахнулся он. — Я в долгу не останусь, ещё пересечёмся. А сейчас работать надо!
Он подмигнул мне и уткнулся в компьютер. Что ж, моя помощь здесь больше была не нужна, поэтому я отправился назад в терапию.
В ординаторской я встретил только Лену, Соколова снова не было видно.
— А Роман точно остался с нами дежурить? — поинтересовался я.
— Вот уж не сомневайся, — вздохнула Тарасова. — Ты меня выручил тем, что пациента направил. Он пошёл его опрашивать как раз.
Надо будет обязательно проконтролировать, чтобы в этот раз история была заполнена как надо. Хотя Соколов вряд ли станет повторяться, это не Шуклин. Но бдительность лучше сохранять. Перепроверю чуть позже. Иначе нас всех за ночное дежурство Зубов потом отчитает.
Я устало упал на диван. Работать почти целые сутки с таким маленьким запасом энергии в магическом центре было довольно изнурительно. Надо хотя бы на пять минут выдохнуть.
— Я сейчас подойду, — проговорила Лена. — Не хотела ординаторскую без присмотра оставлять.
Она спешно куда-то убежала, а я решил по обыкновению использовать это время, чтобы переговорить с Клочком.
Вот только его на месте не оказалось.
У крыса было задание, и вполне вероятно, что он сейчас пытается где-то поймать Соколова. Возможно, он просто не успел вернуться к назначенному времени.
Однако внутри крепко засело тревожное чувство, будто с ним что-то случилось.
Нас связывала незримая магическая нить, и скорее всего, именно эта связь вызывала такое ощущение. Я ещё не вернул своих прежних сил, а потому сейчас чувствовал лишь отголоски своего былого могущества. На уровне интуиции.
А значит, просто игнорировать это чувство нельзя. Но как найти крыса в огромной клинике? Мне и недели не хватит осмотреть каждый уголок.
Найти его через связующую нить тоже не выйдет. Сейчас она слишком тонка и способна только поддерживать существование питомца за счёт моей энергии.
Спустя минут десять вернулась Тарасова, а вслед за ней — Соколов.
— У Горбунова анемия, железодефицитная, — бросил он мне. — Ну это тот, которого ты прислал.
— Я с таким диагнозом его в терапию и направил, — отозвался я. — Более конкретно что-то скажешь?
Гемоглобин там был семьдесят, при нормах от ста тридцати двух у мужчин.
Я проверял мужчину на наличие кровотечений, что являлось частой причиной такой анемии, но ничего не обнаружил.
— Завтра лечащий врач разберётся, — отмахнулся тот. — Жалоб кроме слабости нет, пациент лёг спать.
— Значит, ты просто сходил к пациенту, посмотрел на него, прочитал в направлении, что это анемия, и вернулся сюда? — уточнил я. — Как думаешь, есть лишнее звено во всей этой цепочке?
— Ты первый раз дежуришь, а я уже третий, — прошипел Роман. — Неотложного ничего нет, на кровотечения ты его проверил, так что пусть отдыхает.
— Пользы от тебя не больше, чем от старой газеты, — вздохнул я.
Взял историю болезни, которую Соколов уже оставил на посту, и тщательно перепроверил всё оформление. Затем заглянул к пациенту — он действительно уже уснул.
По пути высматривал в коридорах Клочка, но не обнаружил даже намека на его присутствие.
Слабость при таком уровне гемоглобина — это абсолютно нормально. Решил не будить, завтра разберёмся с причиной анемии.
