Через время Шен пришёл, молча оставил на стуле несколько кристаллов с отпечатками аур, без маркировки и без малейшего официального оформления, как будто их снимали наспех, Барт вцепился в них и ещё больше расстроился — это не помогало, только ещё больше запутывало и так мутную теорию.
Когда Шен пришёл в следующий раз, Барт попросил разрешения посмотреть на Карима, но Шен отказал, принёс ещё отпечатков и ушёл, даже не посмотрев Барту в глаза. От этого становилось особенно неуютно, у Барта вдруг появилось ни на чём не основанное подозрение, что Карим умирает.
И тут он вспомнил, как Док говорил ему, что лекарств его уровня осталось мало, на обычные синяки не даст.
Если бы пострадавшим не был сын Дока, Барт решил бы, что крыса — это и есть Док. Кто-то решил оставить отдел Шена без его легендарных супермагов, выбрал момент и ударил. Но тогда было бы логично бить по Барту, сын Дока даже не в отделе, при чём тут он…
Он бесился от своей тупости, но сделать уже ничего не мог — поздно. Он принял это нападение за личную месть, и его совершенно не насторожило ничего, хотя подозрительных фактов было море — лица незнакомые, дубинки эти…
Открылась дверь, вошёл куда более спокойный Шен, одним своим видом сняв с Барта половину напряжения, развернул себе стул и сел, внимательно глядя на Барта и его стопки бумаг:
— Рассказывай.
— Всё очень странно, — неохотно признался Барт, взял магическую пачку листов и стал рассказывать, перебирая их по одному: — Заклинание простое, вторая ступень, его все знают, защищаться все умеют, и поэтому не боятся его. Тот, кто это делал, точно знал, что его уровень сильно выше уровня Карима. Что странно, потому что у Карима официально третий, и что там на самом деле, даже мы не знали. А «они» знали. И эти «они» построили заклинание-«шпагу» на основе одной стихии, что ещё более странно — так никто не делает, потому что это медленно и неэффективно, за это снижают оценку. И ещё более странно то, что даже на этой одной стихии эта «шпага» Карима пробила. Это нереально сильный маг, и он о своей силе знает, и о силе Карима знает. Но, похоже, не знает о моей.
Шен посмотрел на него заинтересованно, Барт добавил:
— На Карима напали именно тогда, когда закончились мои лекарства и умер поставщик. — Шен молчал, Барт тоже, потом не выдержал и спросил: — Что он сам говорит?
— Он не говорит, он без сознания. Кайрис смотрела, сказала, он ничего не помнит, память стёрли.
— А откуда тогда все узнали, что это именно дуэль?
— Его нашли в «Круге Стихий» в академии.
— Круг это просто круг. Меня тоже на Восточной Площади пытались поймать.
— Ты помнишь, кто это был?
Барт качнул головой:
— Я думал, это быки из академии. В лицо не узнал. А притащить сюда не додумался.
Шен помолчал, вздохнул и сказал:
— Дальше.
Барт взял листы с медицинской информацией:
— Удар странный, если бы хотели убить, ударили бы на сантиметр левее — он бы умер мгновенно. А так, выглядит как попытка дать шанс. У него редкая группа крови, если бы у нас не было запаса, в лазарете академии его бы не спасли. А то, что «шпага» исполнена в неправильной технике, добавило энергетический нюанс — у него пошла утечка силы только по одной стихии, как будто ему целенаправленно хотели сделать дисбаланс, чтобы он подольше выздоравливал и требовал побольше внимания врачей. Его как будто не убить хотели, а проверить на выживаемость. Или наш отдел хотели проверить на готовность. Если напали на меня, потом на сына Дока, то следующий, по логике, Артур. Потом Кайрис. Если они хотят вывести из строя всех наших лучших магов, а потом… не знаю, Веру похитить, то добраться до сына Дока проще, чем до самого Дока. Док будет его лечить, возьмёт выходной, лазарет будет не особо готов без него, весь отдел будет… более неуверенным. На мастера Касима не нападали случайно?
