И как только он об этом подумал, кто-то открыл дверь и бодро пошёл в их сторону. Барт громко сказал:
— Сюда нельзя.
В ответ раздался ироничный смешок и голос Эрика:
— Если очень хочется, то можно.
Эрик отодвинул ширму и бросил на Барта короткий взгляд, намекающий, что точно так же он отодвинет вообще что угодно, включая всяких недорослых. Вера медленно подняла взгляд на Эрика, чуть улыбнулась, как будто была рада его видеть, а потом нахмурилась, как будто вспомнила о чём-то плохом. Эрик сказал ей:
— Так ты у нас, оказывается, великая волшебница. Оставила меня сегодня без удачи, жадина. А я и без неё справился. Внезапно, да?
Вера молчала и смотрела на него, как будто ей просто нравилось смотреть, Барт не понимал её поведения, это злило, и ещё больше злил Эрик, который точно не должен был здесь находиться, Шен бы его точно не пустил.
— Вали отсюда, — раздражённо сказал Барт, — тебе Шен за прошлый раз мало вставил, ещё хочешь?
— Я его не боюсь, — ответил Эрик, коротко глянул на Барта и опять развернулся к Вере. — Я тебя, похоже, всерьёз обидел в прошлый раз? Прости. Меня просто бесит мысль, что ты можешь мутить с Шеном, это в голове не укладывается. Но я рад, что у вас ничего нет. Он тебе не подходит.
Веру как будто включило имя Шена, она посмотрела на Эрика осознанно и отвела глаза, Барт всё ещё держал её за руку и ощутил в её эмоциях страх. Но на лице у неё этого страха не было, а было кошмарно неподходящее для такой женщины выражение усталого цинизма, бессильного и обречённого, точно как у Эльви, и эта общность вдруг так шибанула Барта в самое сердце, что он напрочь забыл о том, что он сильно не Шен.
— Я сказал, вали отсюда, тебе нельзя сюда заходить! — он отпустил Веру, упёрся ногами в пол максимально устойчиво, а потом распрямился всем телом, как пружина, вкладывая все силы в один удар.
И только ударив, понял, насколько малы на самом деле эти его «все силы».
Эрик даже не покачнулся. В момент удара Барту казалось, что в нём столько злости, и она даёт ему такую мощь, что Эрик улетит к дальней стене, кувыркаясь через голову, а он даже не покачнулся.
Эрик с издевательской улыбочкой посмотрел на Барта, так иронично, как будто его из игрушечного револьвера попытались застрелить, и сказал мягко и ласково, как будто пытаясь изображать Шена:
— А по-моему, это ты здесь лишний. Может, пойдёшь погуляешь?
— Ты сам нарвался, — тихо сказал Барт и нажал «тревожную кнопку» на часах, которой не пользовался ещё ни разу в жизни.
Эрик схватил его за одежду и швырнул в центр комнаты так, как будто Барт ничего не весил, он сгруппировался, приземляясь как учили, и сразу вскочил, разворачиваясь к Вере, на которую Эрик почти залез, обхватывая двумя руками и пытаясь дотянуться до её лица, которое она просто отворачивала изо всех сил. Эрика это только веселило, судя по его самодовольному тону:
— Думаешь, меня это остановит?
Барт схватил его за плечи и попытался отбросить подальше, и чуть не взвыл от унизительного бессилия — он его даже схватить нормально не мог, каменные мышцы были такими большими и гладкими, что маленькие ладони Барта не могли их достаточно крепко взять, пальцы просто соскальзывали. Эрик рассмеялся и сказал:
— Если бы я боялся боли, я бы сюда не пришёл.
Шена не было, зато Эрик крепко взял Веру за шею и притянул к себе. И Барт мысленно попрощался со всеми заработанными на кладе деньгами, заранее выписывая себе штраф и заранее ни о чём не жалея. И запустил заклинание.
