— Выдумка. Вот что есть у нас и чего не было у них.
— Продолжай.
Дезмонд открыл книгу с записками экспедиции «Бигля».
— Испания, пещера Альтамира. Этим рисункам тридцать пять тысяч лет.
— На них — степные бизоны, — подсказал Юрий.
— Ты о них слышал?
— Я присутствовал при раскопках, — спокойно ответил Юрий. — Но животные не выдумка. Художник рисовал их с натуры.
— Правильно. Тем не менее нашим успехом мы обязаны воображению, в особенности нашей способности представлять себе нечто не существующее, — не уступал Дезмонд. — Неандертальцы пользовались огнем, хоронили мертвых, заботились о больных, ходили, как мы, прямо, изготовляли каменные орудия. Но все это лишь пассивная адаптация. Мы же
Ты спрашивал о древних австралийцах. Почему они доплыли до острова, а неандертальцы не смогли этого сделать? Почему не смогли денисовцы? Дело в воображении. Люди представили себе устройство, способное перевезти их по морю, — плот или простейшую лодку. А представив, смастерили его и отправились в путь. Они наткнулись на землю с изобилием пищи для своего развитого мозга, биологического компьютера, создающего в уме новые реальности, разные модели будущего на выбор.
Юрий улыбнулся. Столь естественной реакции старика Дезмонду еще не приходилось видеть.
— Ты прав, Дезмонд.
— Значит… это все, что я должен был найти? Важнейшую человеческую черту — воображение, выдумку, способность к моделированию? С подпиткой доступной для мозга энергией?
— Да. Именно это в корне отличает нас от всех видов, живших на планете ранее. Это — уникальный ключ к нашему прогрессу во всех областях. И это — часть единой схемы, путеводитель для человечества.
— Не понял.
— Поймешь. — Юрий поднялся. — Когда ответишь на последний вопрос.
Дезмонд покачал головой.
— Наберись терпения. — Юрий сделал шаг к выходу. — Все части скоро сложатся в одно целое. А пока что у меня есть для тебя награда.
— Что еще за награда?
— Поездка.
— Куда?
— В твоем случае все пути, похоже, ведут в Австралию.
В путь отправились в тот же вечер на арендованном частном самолете. Полет занял семнадцать часов. Они играли в шахматы, сидя в плюшевых креслах, и по очереди спали на диване. Дезмонд временами задавал вопросы, Юрий от них отмахивался.
Отчего-то они прибыли на место ночью, хотя летели по ходу вращения Земли навстречу рассвету.
Юрий ни словом не обмолвился о точке назначения, но по авиационному справочнику Дезмонд установил, что прибыли они в Аделаиду. Последний раз он побывал там вместе с Пейтон, когда в поисках выхода из кризиса пытался вернуться в прошлое. Тогда из этого ничего не вышло. Неужели Юрий решил сделать еще одну попытку? Результат будет таким же.
Дезмонд бывал здесь еще один раз — в детстве, в тот день, когда улетал из Австралии в Америку. Его держала за руку еще одна дорогая его сердцу женщина — Шарлотта. Ее улыбка была тогда единственным светлым пятном во мраке.
Мрак так до конца и не рассеялся. Шагая за Юрием по аэропорту, Дезмонд уныло думал, что мрак, возможно, не уйдет из его жизни никогда, что их поездка — пустая затея и настоящего ответа на вопросы невозможно найти. И все же Лин Шоу убедила его — возможность возврата к Пейтон реальна. Большего не требовалось. С этой мыслью он мог спокойно идти за Юрием, куда бы тот ни направлялся.
У здания аэропорта ждала машина. Водитель и его напарник выглядели профессионально — черные костюмы, кобура под мышкой. Дезмонд удивился, однако, ничего не сказав, сел на заднее сиденье. Автомобиль сделал остановку за городом, у кладбища хорошо знакомого Дезмонду поселка. Пошел моросящий дождь; пока они петляли между надгробий, из-за холмов показалось солнце. Юрий нес какой-то предмет, завернутый в черный пакет для мусора.
— Ты помнишь, какой сегодня день? — шепотом спросил он.
Дезмонд сразу догадался.
— Годовщина! Двадцатилетие степного пожара!
Пожар погубил его семью, сломал ему жизнь.
Юрий замедлил шаг, снял мешок с предмета. Траурный венок. Когда они остановились у могилы, он передал венок Дезмонду.
Дезмонд долго стоял, ощущая лицом солнечный жар и летний ветерок. Затем наклонился, положил венок на могилу и прочел имена на надгробии. Алистар Андерсон Хьюз — 16 февраля 1983 года. Элизабет Бэнкрофт Хьюз — 16 февраля 1983 года.
— Смотри внимательнее, — прошептал Юрий. — Чего здесь не хватает?
Дезмонд взглянул — взгляд уткнулся в бесстрастное лицо — и снова повернулся к надгробию. Там было два имени, а должно было быть три — два длинных, родителей, и одно короткое, брата-младенца.
— Здесь нет Коннера, — ответил он, тоже шепотом.
Дезмонд вопросительно взглянул на Юрия.
— Его похоронили в другом месте?
— Ты высказал предположение. Мы не оперируем предположениями. Мы выдвигаем гипотезы. А потом их проверяем.
— Либо одно, либо другое, — сказал Дезмонд. — Или он похоронен в другом месте, или не похоронен вообще.
— Правильно.
— Что ты о нем знаешь?
