На светофоре Дезмонд ввел в строку поиска названия «дочек» «Китиона» и объектов инвестиций. Его внимание привлекла статья, опубликованная в «Шпигеле» журналистом по имени Гарин Мейер. Этот парень проделал удивительную работу. Он отследил связи между многими компаниями «Китиона», принимая их за некий криминальный синдикат, новую разновидность хай-тека двадцать первого столетия, созданного для совместного преступного извлечения прибылей. Отчасти журналист был прав. Не понял он только одного — прибыли отчислялись на создание «Зеркала».
Дезмонд решил связаться с Мейером. Но сначала предстояло заехать в одно место.
Он постучал в дверь, сильно нервничая, засомневавшись в последний момент, правильно ли поступает.
В гостиной загорелся свет. Дверь открылась, за ней стояла Лин Шоу в рабочем костюме.
— Дезмонд? Чем могу…
— Нам надо поговорить о важном деле.
Лин придержала дверь, пропустив гостя, и тут же ее закрыла, не пригласив его в дом.
Дезмонд решил идти ва-банк.
— Процесс запущен.
— Процесс?
— Юрий, «Зеркало», они начали действовать…
Лин ничуть не удивилась.
— Как?
— По-моему, они используют какой-то патоген или ретровирус. Я не смог узнать.
Глаза пожилой женщины расширились — она явно ничего об этом не слышала.
— Где они его выпустят?
— Не знаю.
— А что ты знаешь, Дезмонд?
— Только то, что они испытывали его на корабле.
Лин отвернулась, погрузившись в раздумья.
— Ты можешь его остановить? — спросил Дезмонд.
— Нет.
Отказ стукнул, как молоток судьи. Приговор окончателен. Дезмонд ожидал, что Лин ответит «да», предложит какое-нибудь решение.
— Ты должна…
— Выслушай меня.
Дезмонд вздохнул.
— Как следует выслушай, хорошо?
Он кивнул.
— Юрий планировал эту операцию очень и очень давно.
— Я знаю.
— Ты хочешь его остановить?
— Да.
— Ты уверен?
— Совершенно.
— Тогда сделай что-то такое, чего он не ожидает.
— Например? — покачав головой, спросил Дезмонд.
— Не знаю. Только ты один можешь это придумать. Мне не говори. И никому не говори. Иначе ничего не выйдет.
— Ты хочешь, чтобы я уничтожил «Зеркало»?
— Нет. «Зеркало» неотвратимо. Оно всегда было и всегда будет.
Эти слова потрясли Дезмонда. Он остолбенел. Весь мир остановился.
Лин приблизилась.
— То, что происходит на этой планете, уже произошло в миллиардах других миров. И после нашего мира произойдет в миллиардах новых.
— Как тебя понимать?
— «Зеркало» — не то, за что его принимаете ты и Юрий. Это — сингулярность куда более высокого порядка.
Дезмонд открыл рот для ответа, но не нашелся что сказать.
— Единственное, что еще можно предпринять, это заменить того, кто управляет «Зеркалом». Если ты желаешь остановить Юрия и «Китион», это можно сделать только одним способом — изнутри.
Дезмонд зажмурился.
— Лин, я не могу…
Хозяйка квартиры открыла дверь.
— Ступай, Дезмонд. У меня много работы.
Он поехал домой, но так и не добрался до цели. По пути ему в голову пришла мысль — поначалу смутная идея, затем гипотеза, наконец, теория. Она казалась запредельной, однако в сложившейся ситуации имела смысл. Дезмонд вспомнил вопрос Эйвери: «Если бы я сказала тебе что-то такое, что в корне изменило бы всю твою систему взглядов, ты бы все равно не перестал мне верить?»
Он почти не сомневался, о чем шла речь, но если это правда, то кто Эйвери на самом деле? И как теперь понимать их отношения?
Дезмонд набрал номер блондинки. Она ответила на первом же гудке.
— Ты спрашивала, способен ли я изменить в глубине души все мои представления.
— И?
— Способен.
На заднем фоне слышались какие-то выкрики, словно Эйвери находилась в торговом зале биржи. Нет, выкрикивали географические точки, названия компаний. Компаний «Китиона».
Шаги. Эйвери постепенно удалялась от голосов.
— Я уже изменился.
— О чем идет речь, Дезмонд?
— О знакомых мне людях. Я не знал… не подозревал, на что они способны.
— И на что именно они способны?
— Теперь моя очередь. О чем идет речь, Эйвери?
— Давай встретимся.
— Где?
— В Сан-Карлосе. В аэропорту у автострады Бэй-Шор. Ангар номер двадцать пять.
— Что там?
— Я там.
— А кто еще?
Молчание.
— На кого ты работаешь, Эйвери?
Девушка вздохнула:
— Я работаю в интересах людей, которые сами не могут постоять за себя. Целых семь миллиардов.
Это был никудышный ответ, но Дезмонд понял, что другого он не дождется.
Машина Дезмонда на высокой скорости проскочила через ворота аэропорта к ангару, перед которым стояли два черных внедорожника и сновали мужчины и женщины в плащах. Его остановили в тридцати метрах и потребовали объяснить, кто он такой и зачем сюда приехал.
К ним подбежала Эйвери и на ходу крикнула:
— Он со мной.
Они вошли в ангар через боковую дверь. У Дезмонда отвисла челюсть.
