– Я не могу на это согласиться, – говорит герцог Глостер. – Вы же обручены с другой девицей, с дочерью Арманьяка. Мы не можем нарушить договор, это покроет бесчестьем вашу репутацию, государь.
– Да бросьте, – небрежно произносит Сеффолк, – что такое дочь Арманьяка? Дочь бедного графа. А вы король. Она вам не ровня. И вы можете с ней порвать без всякого ущерба для репутации.
Ну вот, приехали. То за дочерью Арманьяка обещали очень солидное «царственное» приданое, а то вдруг он сделался «бедным графом». И Арманьяк, между прочим, держал под своим влиянием весь юг Франции, именно поэтому его и рассматривали как потенциально полезного союзника.
Глостер, однако, не отступает.
– Не понимаю, чем Маргарита лучше дочери Арманьяка. Ее отец всего лишь граф.
Во-первых, не граф, а герцог. Во-вторых, Арманьяк тоже граф. Опять с логикой беда.
– О нет, – возражает Сеффолк, – ее отец имеет большой вес во Франции, он король Неаполя и Иерусалима. Родство с ним очень полезно для укрепления мира и для того, чтобы держать французов в подчинении.
– Граф Арманьяк – родственник дофина Карла и полезен ничуть не меньше, – упорствует герцог Глостер.
– К тому же он дает большое приданое, – добавляет герцог Эксетер. – А у Рене денег нет, он скорее будет просить, чем давать.
Вот и про большое приданое вспомнили. Как же тогда отнестись к словам, что Арманьяк – бедный граф?
Но Сеффолка этим с толку не сбить. Он упорно гнет свою линию, поскольку имеет личную заинтересованность.
– Приданое? – с негодованием восклицает он. – Не порочьте нашего монарха! Он что, бедняк какой-нибудь, который думает в первую очередь о деньгах, а не о любви? Генриху не нужны деньги невесты, он сам может дать ей все, что сочтет нужным. Супругой государя должна стать та, кого он сам выбрал, а не та, которую хотим мы, придворные. Раз король так любит Маргариту, мы должны с уважением отнестись к его выбору. В конце концов, что такое брак по принуждению? Это постоянные раздоры и ссоры, это настоящий ад. Счастье приносит только брак по любви. Принцесса Маргарита – достойная партия и по красоте, и по происхождению, на ком же еще жениться нашему королю? Она гордая и свободолюбивая, наш Генрих – сын великого воина-завоевателя, и это означает, что в их потомстве будут сочетаться эти лучшие черты. Дайте согласие, лорды, пусть нашей королевой станет Маргарита Анжуйская.
И тут король Генрих произносит поистине замечательные слова, которые вполне могут быть положены в основу понимания всего его характера:
– Граф Сеффолк, то ли ваш эмоциональный рассказ меня так взбудоражил, то ли оттого,
После чего обращается к герцогу Глостеру:
– А вы не обижайтесь, дядюшка. Вспомните, каким вы были в моем возрасте, и вы поймете, почему я принял такое решение.
Король уходит. Глостер вздыхает:
– Боюсь, если любовь начинается с грусти, то ею же и закончится.
На сцене остается только герцог Сеффолк, который озвучивает нам свои мысли:
– Что ж, я победил. Маргарита станет королевой и будет править Генрихом. А я, в свою очередь, буду править ею, королем и всей страной.
