– Многие поддерживали тебя либо из любви ко мне, либо из страха передо мной. Когда меня не станет, они переметнутся к Йорку. Если бы ты, Генрих, правил так же, как правили твой отец и твой дед, враги бы не плодились, как мухи, и твой трон оставался бы в безопасности. Но ты же всех прощал, не хотел ни с кем ссориться, а снисходительность судьи всегда ведет к тому, что воры только наглеют. Что ж, пора мне прощаться с жизнью… Идите сюда, братья Йорки и грозный Уорик, я убил ваших отцов, теперь можете мне отомстить.
А что, графа Солсбери, отца Уорика, тоже убил Клиффорд? Об этом речи вроде бы не было… Ричард Невилл, граф Солсбери, действительно погиб в битве при Уэйкфилде, тогда же, когда и Ричард Плантагенет, герцог Йоркский, и его юный сын Эдмунд Ретленд, но если смерть герцога и юноши от руки Клиффорда нам показали во всех подробностях, то обстоятельства гибели Солсбери остались не озвученными. Или, может, сцена была написана, потом вычеркнута, а соответствующие правки не сделаны? Сплошные вопросы с этой пьесой…
Битва окончена, можно перевести дух. Эдуард сообщает, что часть войска Йорка отправилась в погоню за королем и королевой.
– Как думаете, Клиффорд с ними сбежал? – спрашивает он братьев и кузенов.
– Нет, не может быть, – отвечает Уорик. – Ричард поклялся, что найдет его и убьет, а наш Ричард слов на ветер не бросает.
Битва при Уэйкфилде
Интересная реплика. Как будто Ричарда с ними и нет, и где он – неизвестно. Может, за Клиффордом гонится… А Ричард, между тем, стоит прямо тут, рядышком, и ничего не говорит о том, что, дескать, убил ненавистного Клиффорда. Опять ни смысла, ни логики.
– Ну-ка глянь, кто это там стонет, – командует Ричард.
Эдуард пытается быть великодушным:
– Да кто бы ни был – надо оказать помощь, ведь бой окончен, и деления на друзей и врагов больше нет.
Но Ричард не согласен.
– Ну уж нет! Свое милосердие засунь подальше, братец. Это же Клиффорд! Он нашего отца убил!
Уорик тут же придумывает решение:
– Значит, так: в Йорке снимаем голову вашего отца с ворот и заменяем ее головой Клиффорда, это будет справедливо. Око за око, зуб за зуб.
Эдуард велит солдатам вынести тело Клиффорда вперед, и трое братьев вместе с кузеном Уориком начинают издеваться над покойником. Издеваются долго, со вкусом, явно жалея о том, что Клиффорд уже умер и не может ни видеть их, ни слышать.
– Ладно, хватит, – говорит Уорик. – Снять ему голову и поставить там, где сейчас торчит голова Йорка. А теперь отправимся торжественным походом в Лондон! Там наденем на Эдуарда корону, а потом я поеду во Францию. Буду сватать тебе, Эдуард, принцессу Бону, чтобы укрепить союз с французами.
Эдуард готов подчиниться кузену, который и старше годами, и опытнее (реальный Ричард Невилл, граф Уорик, был старше Эдуарда Йоркского на 13 лет).
– Как ты скажешь, братан, так и будет, – послушно произносит он. – Если я сяду на трон, это будет полностью твоя заслуга, и даю слово никогда ничего не предпринимать без твоего совета и согласия. С этой минуты Ричард становится герцогом Глостером, Джордж – герцогом Кларенсом, а ты, Уорик, получаешь право распоряжаться всем наравне с нами.
– А можно я буду Кларенсом, а Глостером пусть будет Джордж? – просит Ричард. – Мне не нравится быть герцогом Глостером, в этом есть что-то роковое.
Видать, не забыл юнец печальную историю о том, как «умер в своей постели» лорд-протектор Англии Хамфри Глостер.
– Да прекрати! – осаживает его Уорик. – Что за глупости? Будешь Глостером, как сказано. Едем в Лондон, насладимся всеми почестями!
А вы заметили, друзья, что Монтегью, младший брат графа Уорика, не произнес в этой сцене ни слова, хотя и появился, согласно авторской ремарке, вместе со всеми? Что он делал на протяжении всей сцены? Стоял столбом, смотрел, слушал и молчал? Здесь у нас с вами опять два варианта. Если Шекспир впопыхах просто забыл о нем и не отредактировал ремарку, то простим молодому неопытному драматургу (ведь это первые его пьесы) обычную ошибку внимания. Такое может случиться с каждым автором. А если он поступил так умышленно, вывел на сцену персонажа, который не одобряет разговоры и поступки своих соратников, но до времени молчит, обдумывая свою позицию и дальнейшие действия? Ведь Шекспиру этот Монтегью для чего-то был нужен, иначе он вряд ли стал бы вводить его в число действующих лиц, хотя до сих пор этот деятель ничем себя не проявил, кроме присутствия и пары ничего не значащих реплик. Что ж, будем наблюдать, как любит повторять один известный ведущий на одной известной радиостанции.
Сторожа выбирают место, где лучше всего подкараулить оленя, но замечают какого-то незнакомого человека и решают подождать, пока тот пройдет мимо.
