В то время во властных структурах страны, в МО и штабе Западной группы войск было немало шустрых людей, которые даже были заинтересованны в том, чтобы строгого контроля над нашим движимым и недвижимым имуществом в Германии не было. Ибо такое положение было идеальной средой для проворачивания криминальных сделок и откровенного воровства: уже тогда стали исчезать из поля зрения Москвы не только десятки миллионов долларов и дойчмарок, но и целые эшелоны со стройматериалами, мебелью, сантехникой, техническими средствами пропаганды, библиотеками. Творились дела и покруче: однажды в Приволжский военный округ прибыл из ЗГВ (по документам) эшелон с боевой техникой. Но вместо нее приемщики обнаружили металлолом.
И только при министре обороны Родионове в декабре 1996 года была сделана попытка провести строгую инвентаризацию всего вывезенного из ЗГВ. Но уже в мае 97-го он был смещен, что помешало осуществить эту задачу. Итоги инвентаризации наверняка могли бы потрясти Россию гигантскими масштабами пропавшего военного имущества и оружия. Мне довелось держать в руках толстенные папки документов своеобразную летопись растаскивания нашего зарубежного движимого и недвижимого имущества. Почти на каждой странице - вывод: "Контроль не обеспечивался".
Германию в начале 90-х буквально заполонили многие сотни российских дельцов, которые в спешном порядке стремились за бесценок выкупить военные заводы, мастерские, коттеджи и другие объекты, принадлежащие России. Они приезжали из Москвы с разрешениями, на которых стояли визы высоких правительственных и министерских чиновников. Большинство этих виз стоило очень дорого...
Уже тогда был дан "зеленый свет" обворовыванию своей же армии, которая при иных подходах могла бы еще долго не клянчить у государства резкого увеличения трат на бытовое устройство и реформу. За счет того, что принадлежало Вооруженным силам, шло бурное накапливание первичного капитала сотнями коммерческих структур и различными фондами, от которых за версту несло криминалом.
В ту пору меня умиляла особенно трогательная забота различных фондов о социальной защите военнослужащих и членов их семей. Такие фонды появлялись, как грибы после дождя, и часто первоосновой их существования становились капиталы, добытые за счет продажи излишков военной техники и войскового имущества групп войск.
В конце 1992 года таких фондов насчитывалось в России уже около 200. Когда же Минфин провел проверку их деятельности, то оказалось, что лишь 15% имеющихся на их счетах сумм используются в соответствии с уставами. Я своими глазами видел такое заключение в правительственном конфиденциальном документе, на котором стояла роспись замминистра финансов Андрея Вавилова.
Гигантский воровской ажиотаж охватывал Россию и армию. В Минобороны и Генштаб почти через день наезжали сами или присылали письма прыткие люди, которые предлагали сотни и тысячи коммерческих проектов, осуществление которых якобы должно было идти на пользу Вооруженным силам.
И мне уже казалось, что нет больше в армии таких материальных ценностей, на которые бы не положили глаз эти хитроглазые и напористые люди с радиотелефонами и внушительными кейсами, с нежной заботой ратующие за процветание армии. Они с пеной у рта доказывали нашим генералам, что предлагаемые им бизнес-планы - это отличная возможность вырваться из нищеты. И многие им верили, проталкивая "наверх" заманчивые коммерческие предложения. Потом "благотворители-бизнесмены" исчезали, планы их проваливались, фирмы разорялись, минобороновские средства вылетали в трубу. А в остатке было лишь то, что жулики и воры хорошо наживались за счет армии.
ЖЕРТВЫ РАЗВОДА
...Когда-то я думал, что власть умна и могущественна, как Бог. Когда-то я думал, что в Кремле сидят почти святые люди. И вполне серьезно относился к тому, что Горбачева народ в шутку называл "Мишкой меченым". И хотя от этого веяло бестактностью, у меня некоторое время было все же убеждение, что Михаил Сергеевич после двух его предшественников-генсеков (один из которых работал "на батарейках", а второй "от сети") - посланник Всевышнего со Ставрополья.
Потом пришел Борис Николаевич - "Волшебник изумрудного города" (в бытность первым секретарем Свердловского обкома партии он обожал выкрашивать зеленым ядовитым цветом заборы к приезду московского начальства). Но тогда многие этого еще не знали, и у них была твердая вера, что это помазанник Божий с Урала.
Теперь я знаю, что в Кремле сидят нормальные русские мужики: как их давние и близкие предшественники, они способны дурить народ, покупать власть, совершать глупости, ловко воровать и даже организовывать массовые заказные убийства наподобие чеченского.
Когда власть совершает глупости, армия поначалу пытается сказать ей об этом эзоповым языком.
Когда армии при Ельцине стало совсем плохо, в некоторых аналитических документах Минобороны и Генштаба появились туманные, но многозначительные выводы о том, что "многие проблемы Вооруженных сил РФ были обусловлены неадекватными действиями российского руководства".
