— Не преувеличивай, скорость у машин маленькая на повороте. Да и ехали плотно. Народ больше перепугался. Особенно водила «Форда».
— Да он побледнел, как мороженное, — сама удивилась своему сравнению Наташка.
— Когда ты успела попробовать его? — улыбнулся парень.
— Да ну, тебя, — отмахнулась она. — Мы могли бы вместо этих туристов вылететь под колеса.
— Я видел тех двоих. Один твой знакомый с Ленинского. Я тебе еще портрет его присылал.
— Вот это я должна тебя спросить — когда ты успел? — перебила его девушка.
— Те оба здоровые, выше нас на голову. Я их случайно в витрине напротив срисовал. Передо мной мальчонка флажком размахивал, чуть по носу мне не заехал. Вот я и обратил внимание. Так что дружба народов — великая сила.
— А если бы не заметил? — напряглась собеседница.
— Пришлось бы «палиться», как Эдварду в сериале «Сумерки». Помнишь, как он спас Беллу, остановив летящий на нее автомобиль?
— Ты смотрел эту сагу? — она живо заинтересовалась, забыв свои страхи.
— Дважды…
— Ты хотел бы оказаться на месте Эдварда?
— Я, скорее, Джейкоб.
— Почему? — она надула губки.
— Не судьба…
— А ты знаешь свою судьбу?
— Бабка Серафима показала.
Они помолчали, размышляя о случившемся. Через минуту Гера перешел на строгий тон приказов, словно уже принял какое-то решение.
— Сделаем так. Ты идешь в душ и приводишь себя в порядок. Я поищу в интернете кое-что. Через полчасика уезжаем.
Наташка хотела, было, все подробно расспросить, и, может быть, даже не согласиться, но наткнулась на такой взгляд, что молча пошла в ванную комнату. Когда она переключала душ, и вода переставала шуметь, до ее слуха из гостиной доносились обрывки какого-то разговора.
— Мне нужны два загранпаспорта с шенгенской визой, файл с данными российских паспортов и сканы всех листов сейчас пришлю. Организуй, пожалуйста выезд мобильного сотрудника посольства с аппаратом для снятия отпечатков по адресу, который я сообщу позже. Кинь мне СМС-ку, когда его ждать… С деньгами проблем нет. Только паспорта. Кто это давит на меня? Думаю — Леон. Да уже тритий раз. Надо полагать, ждет большую партию, вот и хамит. Было бы здорово, если поможешь объяснить ему кто есть кто. Да спасибо. Ну, не так, чтобы пожар. В недельку бы уложиться. Все. Отбой.
Наташка притихла в ванной, ловя каждое слово. Гера открывался для нее все новыми гранями, о которых она и не подозревала. Впрочем, никакой тревоги при этом она не испытывала. Как бы это странно ни звучало. Ну, разве что оставалось загадка кто такой Леон.
— Ты не представляешь, как я волнуюсь, — прижавшись к своему соседу в самолетном кресле, шепнула Наташка. — Мы раньше каждый год здесь отдыхали, но последнее время у родителей напряг с деньгами. Я даже не знала до последнего, что мы с тобой летим в Геленджик…, молчал, как Штирлиц.
— Да, мы, Штирлицы, такие, — улыбнулся Гера. — Радистку Кэт удалось выцарапать из лап Мюллера, а, вот с рацией туго. Будешь передавать шифровки флажками.
Он ласково посмотрел на девушку и сжал ее ладошку в своих длинных пальцах.
— Только не говори, что тебя не научили лихо размахивать флажками.
Она отрицательно замотала головой, скосив глаза на солидного пассажира, сидевшего впереди. Он демонстративно погрузившись в чтение журнала.
Ах, молодость! У нее все через край, и радость, и печаль. Причем все от какой-нибудь ерунды. Однако, именно в этом возрасте каждая мелочь играет огромную роль. Они не могут скрывать нахлынувшие чувства, они искренне верят им и полностью отдаются своим увлечениям. Но. Стоит кому-то натолкнуться на какую-то непонятную или неверную с его точки зрения вещь, все может измениться в одно мгновение. Не случайно молодость в природе и отношениях очень созвучны. Майские грозы внезапно налетают, мечут молнии и заливают все проливными дождями, а через мгновение выглядывает солнце. Тут же, промокшие насквозь молодые люди, выбегают из своих укрытый на площадь, еще по колено, залитое потоками холодной воды лишь для того, чтобы, взявшись за руки, прыгать от счастья, которое вдруг вернулось, словно лучи солнца, прорвавшиеся сквозь грозовые облака.
Люди в возрасте, когда-то давно-давно пережившие что-то подобное, радуются вместе с такой молодостью, понимая их и погружаясь в свои воспоминания, ибо ничто не может сравниться с тем бесшабашным счастьем, к которому всегда стремятся души, а после тоскуют. Одни от того, что оно так скоротечно, другие от того, что оно не случилось. Возможно, это наше предназначение проявления в плотном плане на планете Земля, и пока душа не научится быть счастливой, она будет бессмысленно скитаться в бесчисленных лабиринтах, чьи название объединены семью смертными грехами.
— Как тебе удалось взять билеты перед отлетом?
— Ты же пообещала слушаться и есть мороженное…
— Даже если будет нелегко!
— Запомни это. Будешь хорошо себя вести…
— И не надейся!
— Я так и знал.
