Он увидел одинокого старика-пастуха, который сидел у огня и тихо рассуждал сам с собой. В руках его был длинный посох, старик что-то чертил им на песке.
Это был тот самый пастух, овца которого так неудачно подставила свой бок под стрелу Иолая в день, когда проводились состязания по стрельбе из лука. Но нет, пастух был не один! Присмотревшись, Автолик увидел лежащую на песке собаку, к которой и обращался со словами старик.
Вот пастух снова что-то сказал себе под нос. Автолик прислушался.
Геракл, Геракл… — бормотал старик. — Кто бы мог подумать, на склоне жизни бороться с самим Гераклом! — пастух ухмыльнулся.
«С Гераклом? — спросил себя Автолик. — С какой стати этот дряхлый смотритель коров поминает Геракла?» Юноша решил прислушаться повнимательнее.
Интересный человек этот Геракл! — рассуждал сам с собой старик. — Наказал мне рассказать внукам о встрече с ним, как будто это для него так важно…
Отблески пламени костра плясали у него на лице.
Он такой знаменитый, и при этом такой простой! — восхищался старик. — Не то, что наш царь Эврит, который даже к каждому свободному горожанину обращается не иначе как «раб»! Вот ко мне, например, а какой я раб?
Старик подкинул веток в огонь. Костер затрещал и разгорелся с новой силой.
Собака вдруг приподняла голову и насторожилась. Насторожился и Автолик. Он сразу же прикинул, откуда дует ветер, и успокоился. Собака не могла учуять его запаха.
Что, Танат? Что ты почуял? — обратился старик к собаке.
«Назвать пса именем бога смерти! — удивился Автолик. — Нет, старик либо не боится ее, либо просто приучает себя к ней!»
Храбрая моя собачка! — ласково проговорил пастух и почесал у пса за ухом.
Тот от удовольствия закрыл глаза.
Все спокойно, все спокойно! — несколько раз повторил старик. — Ты можешь спать!
Временами раздавалось то тихое блеяние с одной стороны, где были овечьи стада, то тихое же мычание с другой, — там паслись коровы.
Вот если бы здесь сейчас оказался Геракл, — принялся мечтать старик, — я бы уже знал, о чем говорить с ним. Шутка ли-сам Геракл! Знаменитый Геракл, Танатик, вот как! Я бы с большим удовольствием променял бы своего нынешнего хозяина, этого… — старик оглянулся, — …сумасшедшего Эврита на приветливого и вежливого Геракла.
И тут в голове Автолика созрел план. Юноша даже присел от возбуждения — все было до гениальности просто!
Он моментально принял решение: посмотрел на небо, сосредоточился, крутнулся вокруг самого себя на одной ноге и принял образ Геракла.
Несколько минут Автолик привыкал к новому могучему телу. Потом придирчиво осмотрел себя. Вроде бы все было на месте, даже про львиную шкуру не забыл
Неуверенно ступая, Автолик вышел из-за кустов. «Стоп, а как же собака? — вдруг вспомнил Автолик. — Эх, если бы не она…» — с тоской подумал новоявленный Геракл.
Дело в том, что запаха Геракла Автолик передать не мог. Собака должна была почуять замену. Автолик вздрогнул и быстро повернул назад в кусты.
Через мгновение он придумал простое решение — необходимо усыпить собаку. Автолик даже усмехнулся — до чего все просто! Он сосредоточился и пробормотал несколько длинных заклинаний.
У пса вдруг отяжелели веки, он положил свою голову на лапы, несколько раз тихо то ли гавкнул, то ли буркнул, закрыл глаза и захрапел.
Старик удивленно дотронулся до него палкой.
Смотри ты, как намаялся за день! — с жалостью в голосе сказал он.
Автолик решил, что пора действовать. На этот раз твердой походкой он вышел из-за кустов и вошел в освещенный пламенем круг.
Старик от удивления выронил посох и, не мигая, уставился на Автолика.
Геракл! — прошептали его губы…
Ну что, — пробасил Автолик, — ты рассказал внукам обо мне?
Рассказал, а то как же, обязательно рассказал! — старик вскочил на ноги и принялся раскланиваться. — А уж как они рады были!
У меня нет времени, — озираясь по сторонам, сказал Автолик. — Слушай меня, старик!
Я внемлю, о почтенный! — сразу же воскликнул пастух.
Да помолчи ты хоть минутку! — со злостью бросил Автолик. Торопливое бормотание пастуха мешало ему сосредоточиться. Старик молча с готовностью кивнул.
Так, пастух, — проговорил Автолик. — Ты наверняка изнемогаешь от желания узнать, что же привело меня сюда так неожиданно, да еще ночью?
Старик кивнул.
Я не буду делать из этого тайны. Старик, мне нужны твои стада!
Пастух расширил от ужаса глаза.
Побойся Зевса, Геракл! Что ты такое говоришь? Они не мои, а царя Эврита! Как я могу дать тебе их?
Автолик вздохнул. Облик Геракла мало помогал: старик не хотел повиноваться.
«Что же, если не получается по-доброму, — подумал Автолик, — придется делать по-злому. А облик Геракла мне пригодится для того, чтобы никто не знал, что здесь замешан я…»
Старик! — возвысил голос сын Гермеса. — Я тебя последний раз спрашиваю, отдашь мне скот Эврита или нет?
Да бери! — в сердцах плюнул старик. — Не буду же я с тобой в самом деле, бороться. Эти сказки про наш давний поединок хороши для внуков, но мне дороже моя жизнь, а не посмертная слава!
