К вечеру, когда комната начала наполняться красными отблесками заката, я уже чувствовала себя немного лучше. После новой дозы лекарств мне показалось, что я совсем поправилась: по телу разлилось тепло, боли в спине и суставах пропали, в голове прояснилось. Из окна долетал голос мистера Кавендиша, дававшего распоряжения работникам на завтра. Он так четко и детально расписывал каждому занятие, что я сразу вспомнила первый день и мое платье, принесенное миссис Ортис. Тогда она сказала, что хозяин сам принимает участие во всех событиях, которые происходят в Кавендиш-холле, включая выбор моего платья. Он был словно паук в своей паутине - все должно быть под личным контролем!
Провалившись на пару часов в полудрему, я очнулась, когда за окном уже сияла луна и кузнечики “пиликали на скрипке”. Кто-то заходил когда я спала, потому что на прикроватном столике опять стоял стакан с остывшим чаем. Увидев его я вдруг поняла, что очень сильно проголодалась! За целый день я так ничего и не съела, хотя Афия приносила пару бутербродов, суп и немного овсянки. Кое-как натянув свой халат и мягкие тапочки (меня все еще немного морозило), я потихоньку выбралась из комнаты и спустилась по лестнице, чтобы попасть на кухню. Мистер Кавендиш часто устраивал перекусы по ночам, поэтому миссис Ортис оставляла на столе свежие булочки или салат. Пробравшись через едва освещенный лунным светом холл на кухню, я, не включая свет, прикрыла за собой двери. Вряд ли свет кого-то разбудил бы в доме, но мне казалось, что мои глаза не выдержат такой резкой перемены. На кухне все еще пахло ужином и я услышала громкое урчание в желудке и сопутствующие неприятные ощущения. Вся эта ситуация напомнила мне детство и мои отчаянные вылазки за колбасами и булочками в закрома богатых скряг-хозяев.
На столе в большой корзине, прикрытой льняной салфеткой лежали свежие еще теплые булочки с корицей. Дрожащими руками я вытащила одну и жадно впилась зубами в ароматную мякину! Кто не знает опьяняющего чувства счастья, когда после жуткого сосущего голода в желудок попадает первый кусочек какой-то еды? Я не смогла сдержаться и тихонько застонала от счастья и удовольствия.
- У меня два вопроса! - послышался сзади приглушенный голос мистера Кавендиша. От неожиданности я едва не выронила булку и обернулась резко, словно собака в свете фар. Он стоял в дверях, подкравшись незаметно в лучших традициях своей натуры. - Во-первых, почему вы не в постели, Анна? И во-вторых, почему вы воруете мои булочки?
- Я… я… - от растерянности я даже не знала, что сказать. Грозная фигура хозяина закрыла широкими плечами дверной проход и я не знала в каком он сегодня настроении.
- Успокойтесь! - он фыркнул, усмехнувшись, и подошел ко мне. - Я тоже заглянул подкрепиться. Без вас моя книга не пишется и я то и делаю, что ем.
- Простите, сэр! - ответила я, скромно откусывая еще кусочек булки.
Мистер Кавендиш прошел мимо меня, не включая свет, достал из холодильника молоко и поставил его на печь подогреться. Затем, заварив какао, он разлил его по чашкам и уселся за стол, подвинув одну чашку мне.
- Спасибо. - так же скромно произнесла я, присаживаясь напротив.
И вот мы сидим, пьем горячее какао и едим булочки с корицей в полутьме. Из огромного кухонного окна, словно из молоко кружки, льется широкий луч лунного света и, не касаясь нас, падает на пол у самых моих ног. Постепенно первая скованность проходит и вот мы уже даже улыбаемся друг другу, запивая булочки ароматным напитком и понимая всю необычность ситуации. Легкий туман в моей голове снова начинает сгущаться, ноги дрожат сильнее. Зря я встала с постели.
- Вам плохо, Анна? - мистер Кавендиш глядит на меня двумя огоньками, блестящими в глазах, из темноты.
- Немного морозит. - честно признаюсь я, понимая, что жар возвращается и я уже сама до комнаты не дойду. Разве только ползком.
Наши желудки уже набиты и мистер Кавендиш встает, подходит ко мне и, подхватив на руки, несет прочь из кухни. Не будь мне так плохо, я бы сопротивлялась, но мои ноги действительно отказываются идти, а мышцы спины сводит судорога. Сильные руки прижимают меня к крепкой груди и я чувствую тяжелый едва уловимый аромат древесины, идущий от кожи и рубашки мистера Кавендиша. Почему-то этот запах действует на меня успокоительно, будто дает мне понять, что я в безопасности и все будет хорошо! Прикрыв глаза, я покорно лежу на руках. Вот мы поднимаемся по лестнице, вот мистер Кавендиш толкает ногой дверь моей комнаты, вот он осторожно кладет меня на постель и накрывает одеялом и хочет уходить.
- Подождите, сэр! - внезапно попросила я, сама такого от себя не ожидая. - Посидите со мной немного!
- Хорошо. - точно так же неожиданно соглашается он и присаживается в кресло у моей кровати.
Сейчас он покладистый, спокойный, чуткий и заботливый. Интересно, раньше он всегда таким был? Может быть он оборотень наоборот - днем свирепый и резкий, а ночью отзывчивый и добрый? Он сказал, что ему без меня не работается, он скучал по мне?
- Это бред… - произнесла я вслух.
- Что? - переспросил он.