- Миссис Кавендиш, усадив малышку в катер и крепко пристегнув ее, мчалась по волнам, рассекая волнующиеся воды. Лодка подпрыгивала высоко на каждой волне, словно лошадь. Когда же она в очередной раз обернулась посмотреть на дочь, ее уже не было… Сколько раз мистер Ричард запрещал ей брать дочь с собой на риф, сколько раз он просил ее не делать этого! После того, как мисс Изольда была похоронена в семейном склепе в Ланкашире, мистер Кавендиш развелся с женой и уехал сюда.
Я молчала, не зная, как поступить с полученной информацией. Прекрасно понимая, что я не смогу об этом поговорить абсолютно ни с кем, включая мистера Кавендиша и миссис Ортис, я приняла решение молчать. У каждого в жизни есть какая-то беда, иногда она столь ужасна, что остается только смириться и укрыть ее настолько глубоко в своей душе, чтобы никто никогда не коснулся ее. Каждый человек имеет право хранить свои горести в душе и не давать никому доступа. Я решила молчать и ничего не говорить хозяину, разве только он сам когда-нибудь захочет об этом поговорить.
- А что с миссис Кавендиш? - только и спросила я.
- Она осталась в Англии. Я не знаю, что с ней и где она. Мистер Кавендиш ни разу о ней не вспомнил, а его родители больше ни разу сюда не приехали.
Блуждая по мокрому от временно прекратившегося дождя саду в одиночестве, я все думала о маленькой мисс Изольде и о судьбе, так коварно отобравшей ее у любящей семьи. Я не знала, что испытывает ребенок, живущий с родными любящими родителями, мне не знакома материнская ласка и отец ни разу не посадил меня на колени, балуя шоколадкой. Но я могла представить, что чувствовал мистер Кавендиш, навсегда прощаясь со своей крохой… Теперь я стала лучше понимать его сложный характер - не у каждого человека хватает сил быть прежним после таких трагических событий. Не нам судить его характер, на который он имеет полное право.
После обеда дождь снова припустился, но я была готова - захватила из дому прозрачный полиэтиленовый плащ, накинула его на плечи и пошла дальше по аллее. Каждый раз, когда у меня выдавалась свободная минутка, я бродила по саду, открывая для себя новые неизученные тропы и полянки, забредая в такие отдаленные укромные уголки сада, где тебя никто и никогда не нашел бы, потеряй ты там сознание. В тот день я брела по новой для меня дорожке, слушая стук капель по капюшону и садовой плитке. Птицы, испугавшись дождя, замолчали, спрятавшись, ветер немного утих и остались только я и дождь. Воздух стал заметно прохладнее и в нем витал едва уловимый сладковатый запах каких-то цветов. Я зашла уже достаточно далеко от дома, обернулась назад и увидела Кавендиш-холл во всем своем величии, стоящий на холме, - огромная красная крыша, крытая терраса, ниши окон и дымок, поднимающийся от печной трубы. Разве могла я когда-нибудь подумать, что буду жить в таком прекрасном доме, пусть даже и служанкой? Где вы, холодные глаза названой бабки, смотревшей на меня как на грязь, как на существо, не достойное лучшей жизни! Где вы, священник и его жена, бившие меня линейкой по рукам, убеждающие в том, что я не достойна ничего, кроме грязи и нищеты!
Стоя лицом к Кавендиш-холлу, улыбаясь крепчавшему прохладному зимнему дождю, я наслаждалась моментом, я ощущала непередаваемое чувство гордости за себя и за свою настойчивость, чувство благодарности моему наставнику и еще удовлетворение. Потеряв связь с реальностью, я не услышала, как из кустов выскочил мистер Кавендиш.
- Анна! - крикнул он совсем рядом, у самого уха так неожиданно, что у меня сердце ушло в пятки и я вздрогнула. Обернувшись и увидев мокрого и грязного хозяина, я потеряла дар речи: холодная дрожь промчалась по моему телу - его мокрые волосы прилипли ко лбу, белая рубашка и брюки были в рыжей грязи, руки сбиты, глаза широко раскрыты.
- Боже мой, сэр! Что с вами? - испугавшись, воскликнула я, собираясь расспросить и помочь, и уже даже протянула руку, чтобы ощупать его разорванную рубашку, но у мистера Кавендиша был другой взгляд на происходившее.
Схватив своей грязной рукой мою руку, разбрызгивая глину и грязь по моему платью, выглядывающему из-под развивающегося плаща, он потащил меня за собой назад в чащу. Он шел так быстро, пробираясь через заросли и переступая через пни и бревна, что я едва поспевала, спотыкаясь, задыхаясь, но безропотно бежала не отставая. Со стороны он был похож на Серого Волка, который тащит Красную шапочку в дремучую чащу, чтобы пообедать ею.
- Анна, мне срочно нужна ваша помощь! - мистер Кавендиш перекрикивал шум дождя, резко переросшего в ливень. Он даже не обернулся, чтоб посмотреть на меня, просто тащил за собой, крепко схватив за запястье своей мокрой большой ладонью.
- Да, сэр! - я умирала от любопытства с примесью волнения, но не отставала от хозяина. Надеялась, что он не заставит меня прыгать со скалы...