Миссис Ортис уложили на носилки и отнесли в машину. Оставив Нгози и Афию за главных, я прыгнула следом за пострадавшей в карету скорой помощи и поехала в больницу. Через час, когда после обследования и рентгеновских снимков стало известно, что у миссис Ортис закрытый перелом в районе голени, ей дали обезболивающее и снотворное, поэтому я попрощалась и вернулась в Кавендиш-холл, пообещав, что буду следить за домом так же, как это делает наша добрая экономка.
К вечеру, когда работники разошлись по домам и я осталась одна в огромном поместье, то ощутила забытое с детства чувство, когда ты один во всем мире! Расхаживая по первому этажу, я не могла заставить себя уйти в спальню. Дошло практически до абсурда — я боялась остаться в темноте! Включив все лампы в коридоре и на лестнице, я поднялась в свою комнату, взяла герань и одеяло, и вернулась в кабинет мистера Кавендиша, выключая свет следом за собой. От непрекращающегося дождя в доме стало немного сыро и прохладно. Обернувшись в одеяло, я села в хозяйское кресло, подтянув под себя ноги, и прикрыла глаза. После изматывающего дня, сон завладел моим сознанием за несколько секунд.
Не знаю, что мне снилось, но я очень долго слышала во сне странное дребезжание, исходившее непонятно откуда. Огромным усилием воли разлепив веки, я наконец поняла, что это звонит телефон, стоящий на столе передо мной. Придя в себя, я взяла трубку.
— Кавендиш-холл.
— Анна, простите меня! — тихий голос мистера Кавендиша, так неожиданно ворвавшийся в мои уши, вызвал дрожь во всем моем теле, по спине побежали мурашки и сон сняло как рукой. Я никогда не разговаривала с ним по телефону и этот момент оказался таким тревожным и интимным, что мои руки и ноги покрылись гусиной кожей и внизу живота заныло.
— Мистер Кавендиш? — встрепенулась я. — Что я должна вам простить?
— Вы заставляете меня повторять то, что я так долго пытался забыть, мисс Ионеску? — его голос был таким родным, таким нежным и далеким.
— Нет, сэр. Я хочу сказать, что мне не за что вас прощать. — после короткой паузы я добавила. — Миссис Ортис сломала ногу и лежит в больнице, сэр.
— Что?! — воскликнул он. — Вы одна в доме? Вам не страшно? Нгози не с вами?
— Нет, сэр, все хорошо! — я улыбнулась. — Миссис Ортис чувствует себя хорошо, у нее закрытый перелом в районе голени.
— Вы одна?
— Да, сэр. Нгози ночует в своем доме, сэр!
— Как Дженет сломала ногу?
— Поскользнулась на разлитой воде.
— Кто разлил воду?
— Миссис Ортис, сэр.
— Она ругалась?
— Да, на испанском, сэр. Я не поняла.
— Вам повезло, Анна, что вы не поняли. Миссис Ортис остра на язык! — мистер Кавендиш засмеялся. — Как бы я сейчас хотел оказаться дома, Анна!
— А где вы сейчас, мистер Кавендиш?
— Я в Бразилии, Анна. Здесь праздник, но мне не весло. Я словно бездомный кот под дождем — жалкий и брошенный всеми. Нас с вами разделяет океан… Кажется, если я выйду на берег и хорошо пригляжусь, то увижу Кавендиш-холл и свет в вашем окошке.
— Сегодня, сэр, свет горит в окне вашего кабинета..
— Вы в моем кабинете, Анна?
— Да, сэр.
— Что вы там делаете?
— Обычно я здесь рисую ваш портрет и пробую писать на вашей печатной машинке. А сейчас я сижу в вашем кресле, укутавшись в одеяло и смотрю на вашу герань.
— Одеяло тоже мое?
— Нет, сэр.
— Я бы тоже с радостью посмотрел на мою герань, Анна. — мистер Кавендиш улыбнулся, я в этом уверена, и добавил, — Сколько прошло с тех пор, как я уехал?
— Сорок пять дней, восемнадцать часов и пять минут, сэр.
— Всего лишь? Я думал, что полтора года! — воскликнул он наигранно весело.
— А мне кажется, что полтора века прошло. — призналась я.
— Постойте, Анна… — мистер Кавендиш выдержал театральную паузу, — То есть вы хотите сказать, что скучаете по мне?
— Да, сэр.
— Правда?
— Да.
— И сильно скучаете?
— Очень, сэр.
— Это прискорбно! — улыбнулся он.
— Ваш голос звучит слишком счастливо, сэр.
— Да, вы меня поймали. — он откашлялся. — А теперь о серьезном, Анна. Мне придется задержаться еще на месяц.
— Что случилось?
— Оливия расширила мой тур, договорившись о посещении нескольких городов в США и во Франции.
— Хорошо, сэр. — ответила я огорченно.
— Мне нужно бежать, Анна. Но я вас заклинаю: не подпускайте Нгози!
— До свидания, сэр! — улыбнулась я.
— Я серьезно, мисс Ионеску! Не общайтесь с Нгози! Ох, как я жалею, что не уволил его перед отъездом!
— Спокойной ночи, сэр!
Кладя трубку, я все еще слышала, как он отчаянно убеждал меня не общаться с Нгози.
Парящая на крыльях счастья, я посильнее укуталась в одеяло и принялась с вдохновением стучать по клавишам печатной машинки.
