— Султан чует, что скоро гномы с красными порвут на лоскуты его владения. Думаю, и Тридцатое Герцогство поучаствует в столь полезном для расширения собственных земель деле, — хищно оскалился Грюнлер. — Увы, пока эти локации вне зоны интересов Рейха.
— Совершенно верно, мой фюрер, — подобострастно скрючился толстяк Клюге. — По схожей причине мы эвакуировали наше посольство в Тридцать Восьмом Триумвирате. После вторжения на территорию «прозрачных» армий Жёлтой Империи и Синего Королевства, «Совет Трёх» посчитал невозможным нахождение там любых представителей титульных наций.
Канцлер подпёр голову рукой. Выразительной мимикой главный орк мог дать фору любому шуту цирковой труппы. На лице Карла Грюнлера сейчас читался весь спектр эмоций: от радости до яростного гнева.
— Отто, мне не по душе наш уход из Триумвирата, — едва сдерживая эмоции, опёрся о серебряную рамку панно-карты вождь «пустынников». — Мне совсем не нравиться, как ведут себя там «цветные» конкуренты. Я абсолютно уверен — жёлтые с синими не просто так остановили свои штурмовые дивизии. Несмотря на силу армий Тридцать Восьмой, общими усилиями они могли бы легко раздавить пустышек. Почему они этого не сделали? В чём причина странного перемирия на локации «И»-Пять?
— Мой фюрер, — обливаясь потом, развёл руками толстяк фон Клюге, — по дипломатическим каналам не удалось добыть сколь-либо значимых сведений. Может быть, разведка Рейха добилась большего?
— А действительно, Вальтер, что у Абвера есть по Триумвирату?
— Мой фюрер, данные весьма противоречивы. Специфика работы в этой «прозрачной» стране накладывает ряд ограничений…
— Бросьте, Гейдрих! Какие к бесам ограничения! — взвился канцлер. — Работа с нейтральными пустышками всегда давала больший результат, чем возня с носителями титульных кровей. Не морочьте мне голову.
— Мой фюрер, вы совершенно правы, — спокойно ответил глава военной разведки и контрразведки Рейха. — А говорю в данный момент не о прочих «прозрачных», а конкретно о подданных Тридцать Восьмого Триумвирата. Политика режима «Совета Трёх» практически исключила контакты наших резидентов с местным населением. При малейшем подозрении в причастности к разведывательной деятельности, наши орки под угрозой ареста немедленно высылались за пределы этой страны. Тем не менее, я хочу отметить два непреложных момента. Во-первых, очевидно существуют некие договорённости между жёлтыми, синими и «прозрачными», направленные на сохранение государственности Тридцать Восьмого Триумвирата. Однако несмотря на удержание части территории под контролем «Совета Трёх», обозначение на карте гиперлокации Центрального континента данного государственного образования исчезло.
— Да, это весьма странно, — согласился Карл Грюнлер.
Рисунок 9. Тридцать Восьмой Триумвират и силы армии Синего Королевства и Жёлтой Империи (на 3–3.11.7134 г.).
— Столичный мегаполис Оитт и второй город-порт Кортлол теперь не имеют знака принадлежности к Триумвирату, — продолжил излагать факты Вальтер Гейдрих. — В настоящий момент три армии Тридцать Восьмой «прозрачной» скучены на ограниченном клочке локации «И»-Пять. Активных боевых действий они не ведут, хотя возможность для контрудара у их Генштаба есть. Кроме того стоит отметить странные передвижения дивизий из состава ударных группировок титульных. Синие фактически оставили Поф-Эгтоор в центре локации «З»-Пять и отвели войска на рубеж Синевирон-Магигон. Тем самым они оголили свою границу с Тридцать Седьмым Султанатом. Армия Жёлтой Империи вообще отошла на стык локаций «З»-Пять — «З»-Шесть, бросив на произвол судьбы своих новых подданных в городе Эгтоор. Отсюда вытекает второе логическое утверждение. «Совет Трёх» намерен эвакуировать армию и часть населения по готовому коридору в Тридцать Седьмой Султанат.
— Мой фюрер, — неожиданно громко для внешне вечно трусливого толстяка, подал голос фон Клюге. — Глава Абвера заблуждается в последнем предположении. Это же очевидно даже для самого последнего краснозадого болвана!
Карл Грюнлер от неожиданности столь явно дерзкого поведения главы орканской дипломатии даже рот приоткрыл от удивления. В большом Зале «Орочьей Славы» повисла напряжённая тишина.
Разговоры про толстяка фон Клюге в Рейхсканцелярии ходили самые разные. Кто-то считал его безвольным профаном, не пойми как до сих пор стоящим во главе дипслужбы. Кто-то был уверен, что Отто хитрый прожжённый интриган, каких Рейх не видывал, и что его послужной список кровью конкурентов исписан до состояния насквозь мокрого от той самой крови пергамента. Другие верили, в аналитический склад ума трусоватого генерала от инфантерии, который дополнялся фанатичной верой в фюрера и странным даром убеждения, сродни гипнотическому воздействию питомцев из разряда «полубожеств» Геренберо.
После долгой гнетущей паузы Карл Грюнлер с несвойственной ему осторожностью спросил:
— Отто, вы хорошо себя чувствуете?
