— Грозный!
— Да… — Лысый стряхнул с себя оцепенение. — Пар разгоняет турбину, и мы получаем электрический ток, которым питаются тяговые двигатели. В их устройстве я не силен, поэтому будем надеяться, что у Лео все в порядке.
После того, как Грозный запустил кузель, в небольшом машинном отделении "Дедушки Джо" стало по-настоящему жарко, и всем пришлось скинуть верхнюю одежду. Лысый показал пример, раздевшись до тонкого, роскошно расшитого тельника — того самого, из-за которого его признали адигеном, а Тыква расстегнул рубашку почти до пояса и закатал рукава. Привереда колебалась дольше мужчин, но в конце концов стянула свитер, оставшись в плотно облегающей майке. Она видела взгляды, которые Тыква принялся бросать на ее грудь, но решила, что это разумная плата за избавление от жары.
— Управление кузелем и двигателями идет отсюда… — Грозный подошел к приборному стенду. — Здесь буду находиться я.
Термометры, манометры, вольтметры, амперметры, рычаги, тумблеры… У Привереды зарябило в глазах, однако выразить свое удивление девушка не успела — ее опередил Тыква.
— Ты сможешь с этим разобраться?
— Да, — задумчиво подтвердил Грозный. — Полагаю, что да.
Трубы, шестерни, толстые кабели, аккумуляторы, пыхтящие машины и гудящие генераторы… Как ни странно, все это казалось знакомым, хотя совершенно не вязалось с роскошным тельником и запредельно дорогой бамбадой. К машинному отделению "Изабеллы" Грозный остался равнодушен, а это, куда более маленькое, пробудило смутные воспоминания. Уж не потому ли, что Кристалл гибнет в чане с уксусом, а котел пыхтит, готовясь к трудовому дню?
"Я знаю, как это работает, потому что хотел узнать… Мне было интересно".
— Где ты научился управлять кузелем?
— Бедокур показывал, — машинально ответил лысый.
— Ты уже упоминал это имя, — припомнила Привереда.
— Бедокур — мой шифбетрибсмейстер.
— Ты знаком с шифбетрибсмейстером? — удивился Тыква.
— Не знаком, — поправил спорки Грозный. — Он у меня есть. На моем цеппеле.
— Вспомнил что-то?
— Отрывки.
— Грозный, что у тебя?
Привереда и Тыква, непривычные к особенностям внутренних переговоров, дружно вздрогнули, услышав громкий голос капитана. Грозный же спокойно взялся за переговорную трубу:
— Минут через десять запущу тяговые двигатели.
— Отлично!
— У нас получается? — Куга с надеждой посмотрела на Лео.
С тех пор, как Мон разделил обязанности, соорудив из двух помощников некое подобие одного рулевого, дела пошли на лад. Синеволосая поняла, что обращаться со штурвалом следует предельно аккуратно, и не поворачивала рули больше, чем на несколько градусов. А Рыжему хватало времени на слежение за остальными приборами. Последние несколько лиг капитан и вовсе перестал подсказывать ученикам, молча наблюдая за их действиями. Правда, ветра почти не было, а скорость "Дедушки Джо" не превышала двадцати лиг в час.
— Ведь все идет хорошо, да?
— Да, все в порядке. — Лео взялся за переговорную трубу. — Машинное отделение! Самый малый!
— Есть самый малый.
Теперь цеппель едва полз над небольшой долиной, со всех сторон окруженной высокими горами.
— Нам повезло, — прокомментировал капитан. — По моим расчетам, точка перехода находится где-то здесь.
— В чем везение? — осведомился Рыжий.
