— Что произошло? — не сдержался Олли. — Нас вычислили из-за драки?
И выразительно посмотрел на Гатова. В качестве ответа Павел почесал браслеты левой руки, но не проронил ни звука.
— Что произошло, я расскажу позже, — качнул головой старик. — А пока так: ваши выходки не остались незамеченными.
И оставалось лишь опустить головы. Учёные поняли, что не только засветились, но, возможно, крепко подставили Эзру, и последнее обстоятельство вызывало у них жгучий стыд. Ведь одно дело — играть своей жизнью, и совсем другое — жизнью настоящего друга.
— Мы уедем, — твёрдо пообещал Гатов. — Ты получил ответ от своего надёжного контрабандиста?
— Об этом я тоже собирался говорить, — спокойно произнёс Кедо, пыхнув раскуренной трубкой. Кузов окутал аромат яблока — его добавляли в любимую Эзрой мержинскую табачную смесь. — Два часа назад от капитана Хубы пришло телеграфное сообщение…
— Что-нибудь плохое? — поднял брови Каронимо.
— Авторами плохих новостей в последнее время становитесь вы, мои товарищи в этом не замечены, — съязвил старик. — И ещё они не приучены перебивать старших.
Замечание показало, что Кедо злится гораздо сильнее, чем показывает.
— Извините. — Бааламестре опустил голову.
— То-то же. — Эзра вновь обратился к Павлу: — Ты говорил, что хочешь отправиться на Верзи?
— У меня дела в тамошних банках.
— Ты понимаешь, что речь идёт о семи переходах только в одну сторону?
— Разумеется.
— И что вам придётся играть роль палубных?
— Мы потерпим.
— И что уважаемый капитан Хуба будет вынужден обмануть своих уважаемых деловых партнёров из Шпеева, а если называть вещи своими именами — ему придётся пойти против их прямого запрета на помощь вам. Ты это понимаешь? Догадываешься, чем он рискует?
— Я ещё не знаком с уважаемым капитаном Хубой, но уже восхищён его невероятной смелостью и умением торговаться, — рассмеялся Гатов. — Сколько он хочет?
— Три тысячи цехинов. И он не торгуется.
— Ты сказал, что я заплачу на Верзи?
— Я поручился за это.
— В таком случае передай Хубе, что мы договорились.
— Он узнает вечером. А пока я расскажу, как будет устроена ваша встреча. — Эзра развернул карту и ткнул мундштуком в подозрительное место на северо-востоке континента: — Вот здесь, в Камнегрядке, находится шестая менсалийская точка перехода на Кардонию. Она расположена далеко в стороне от обычных торговых путей, поэтому ею почти не пользуются. Вы с Хубой встретитесь неподалёку, подниметесь на "Белоснежку" — это его цеппель, — и так покинете планету. Всё понятно?
— Я вижу здесь какую-то крепость, — сообщил Павел, с преувеличенным вниманием разглядывая карту.
— Это мритский форт Карузо, — уточнил Кедо. — Несколько лет назад Вениамин исследовал Камнегрядку, в надежде отыскать валериций, и поторопился с колонизацией. Геологи, как это у них бывает, ошиблись, и с тех пор форт является самым дорогим на Менсале архитектурным памятником бессмысленной суете.
— Гарнизон?
— Мизерный. В настоящее время форт не имеет никакого военного значения и лишь демонстрирует присутствие Мритского на Камнегрядке. И ещё является поводом для шуток. — Эзра усмехнулся: — Рубен как-то во всеуслышание заявил, что Вениамину следует назваться Мритским-Камнегрядским. — Старик выдержал паузу, во время которой учёные сдержанно похихикали, пыхнул и совсем другим тоном закончил: — Возможно, именно из-за этой шутки Вениамин распорядился отрубить голову Карузо, руководителю геологоразведывательной партии.
— Горячий человек, — оценил Олли.
— И большая скотина, — добавил Эзра. — Но вы с ним не встретитесь.
Несколько секунд учёные продолжали изучать карту, после чего Каронимо осведомился:
— Вениамин берёт плату за пользование точкой перехода?
— Взаимодействовать с военными будет Хуба, у него там всё схвачено. А ваше дело…
— Помалкивать?
— Не попадаться на глаза, — веско произнёс старик. — Капитан Хуба наметил встречу в двадцати лигах южнее точки перехода, а чтобы вы не потерялись, мой специалист установит на бронекорду радиостанцию. За день управится.
— При чём тут бронекорда? — не понял Олли.
— Другого способа добраться до Камнегрядки нет, — развёл руками Эзра. — Аэроплан не долетит, цеппеля у меня нет, пешком не дойдёте.
И потому он отдаст подставившим его инопланетникам прекрасную машину. Вот это и называется быть другом.
— Я строил бронекорду в подарок, — тихо произнёс Гатов.
— Я понял и оценил, — улыбнулся Кедо. И потрепал расстроенного учёного по плечу: — Но обстоятельства складываются так, что я оставлю себе лишь чертежи и твои удивительные находки.
Спорить было бессмысленно и глупо, отказываться — тем паче. Обстоятельства действительно складывались, и Павлу оставалось лишь поблагодарить щедрого хозяина:
— Спасибо.
Но с благодарностями, как выяснилось через секунду, он поторопился.
— Ещё я сделаю вам губернаторский пропуск, который, надеюсь, позволит без проблем добраться до границ Трибердии, — сообщил Эзра, деловито вычищая чашу. — Но больше, к сожалению, ничем помочь не могу.
— Мы не рассчитывали и на это.
— Для чего ещё нужны друзья? — вновь улыбнулся Эзра.
