— Как проходит путешествие? — светским тоном осведомился он, увидев поднявшихся на мостик компаньонов. — Как спалось?
— Прекрасно.
— Как завтрак?
— Выше всяких похвал.
— У меня не часто бывают гости, но я люблю их принимать.
И ни слова о деле.
— Я хочу извиниться за то, что вам приходится путешествовать со мной, синьоры, дело, которое заставило меня срочно покинуть сферопорт, действительно важно и не терпит отлагательств. Это дело чести.
— Хотите кому-то отомстить?
— Собираюсь сдержать слово.
— Весьма достойно.
— Приятно, что вы понимаете, — мягко ответил пират. И попытался улыбнуться. Именно попытался: губы изобразили гримасу, в которой при желании можно было разглядеть улыбку, но это движение оказалось единственным на неподвижном лице. — Прошу, подойдите. — Мааздук жестом пригласил компаньонов к лобовому окну. — Видите цеппель?
Вопрос не требовал ответа: до корабля было меньше лиги, и компаньоны заметили его в тот самый момент, когда поднялись на мостик. Но вежливость требовала ответа:
— Безусловно, вижу, — подтвердил Иона.
— Я тоже, — не остался в стороне Кома.
— Перед вами "Король Севера", вооруженная посудина капитана Энрике Спота, а если называть вещи своими именами — пиратский корабль, — неспешно сообщил Мааздук. — Как вы знаете, Инек — небогатая и не слишком развитая окраинная планета, пираты любят навещать подобные миры, но Спот потерял мою благосклонность из-за… — Ричард сбился, после чего продолжил: — Не важно из-за чего. Я запретил Споту приходить на Инек, он не воспринял мои слова всерьез. Сейчас вы увидите, что происходит с теми, кто рискует меня игнорировать.
Цеппели стремительно сближались. "Король Севера" явно стремился убежать, столь же явно проигрывал крейсеру Мааздука в скорости и открыл орудийные порты, намереваясь дать Ричарду бой.
— Они пытаются выйти на связь, — доложил поднявшийся на мостик радист.
— Передай капитану Споту, что мы все обсудили во время прошлых переговоров и больше не станем возвращаться к этой теме. Не в этот раз.
— Да, капитан, — кивнул радист и скрылся за дверью.
— Мы на расстоянии выстрела, — сообщил рулевой.
— Прекрасно! — Мааздук покосился на компаньонов: — Синьоры, вам когда-нибудь доводилось принимать участие в воздушном бою?
— К счастью, нет, — через силу ответил Кома.
Туша кивком подтвердил слова приятеля.
— Это весьма увлекательное занятие, особенно в нашем случае, когда исход сражения предопределен. Вы слышали об оружии под названием "Брандьер"?
— Очень редкое, — ответил Горизонт. — Его используют только…
— … очень большие любители огня, — закончил за него Мааздук. — Вы любите огонь? Нет, не отвечайте. Я — обожаю. Меня завораживают его сила и ярость, я восхищаюсь умением управлять сей первобытной мощью и люблю атаковать огнем. Не в фигуральном, а в буквальном смысле. Я распорядился установить на крейсере "Бранду" — орудие, созданное мной по мотивам "Брандьера", смесь артиллерийского орудия и огнемета, оружие, способное сжечь что угодно.
"Брандьером" называли тяжелое ружье, выпускающее алхимические заряды, "Бранда", судя по всему, проделывала все то же самое, но в гораздо больших масштабах.
— Рулевой! — рявкнул Мааздук.
Цепарь склонился к переговорной трубе:
— Первый расчет?
— Готовы! — ответили артиллеристы.
— Огонь! — заорал капитан.
И шумно выдохнул, увидев, как в "Короля Севера" полетел первый снаряд.
— Перезарядить!
— Готово!
— Огонь!
В момент выстрела первый снаряд как раз врезался в пиратский цеппель, и Туша ахнул, с ужасом наблюдая за тем, как быстро, как неимоверно быстро алхимический огонь принялся пожирать корабль, в буквальном смысле слова прожигая обшивку.
— Смесь я разработал лично, — прошептал Мааздук. На его лбу выступили крупные капли пота. — Я могу сжечь все, что угодно, абсолютно все!
За вторым снарядом последовали третий, четвертый… восьмой, и каждый выстрел приводил Мааздука в неистовство, почти в экстаз, а компаньонов все сильнее охватывал ужас, поскольку обещанное Ричардом наказание обратилось чудовищной экзекуцией.
"Король Севера" горел. Горел страшно, а главное — настолько быстро, что должен был исчезнуть до того, как пылающим факелом обрушится на землю. Восемь алхимических снарядов превратили пиратский цеппель в костер, и обезумевшие от огня и жара люди прыгали с него, с парашютами и без них, просто прыгали, не думая к чему приведет прыжок.
— Вы откликнулись на мой зов, синьоры, и приехали на мой цеппель, — произнес Мааздук, когда остатки "Короля Севера" наконец-то достигли земли. — Вас рекомендовали как профессионалов, я предложил оплату, достойную профессионалов, и даю слово… — это прозвучало необыкновенно веско, — даю слово, что сдержу все свои обещания. Особенно — в части оплаты, которая волнует вас больше всего. Теперь я хочу услышать ответ: вы принимаете мое предложение?
— Принимаем, — негромко, но твердо произнес Иона Туша, внимательно разглядывая догорающий на земле цеппель. — Мы доставим вам Киру дер Даген Тур.
