– И другие, – сказала Ивоннель. – Другие, которые заметили твое появление. Неужели ты не узнаешь меня, Малкантет? Я Ивоннель, которая руководила армией Мензоберранзана, уничтожившей Демогоргона.
Малкантет зашипела и подняла руку с кнутом.
– Я пришла за тобой, пришла, чтобы честно предупредить тебя. – Ивоннель даже не дрогнула.
– Хочешь меня уничтожить?
Ивоннель покачала головой и пожала плечами.
– Ты же знаешь, в какие игры мы все играем, – заметила она. – Мы постоянно находимся в состоянии войны и выбираем более подходящих союзников.
– И ты решила, что стоит воевать против меня? – недоверчиво осведомилась суккуб.
– Неужели ты думаешь, что мне стоит воевать на твоей стороне против
Малкантет вытаращила глаза.
– Граз’зт, – прошептала она.
Ивоннель улыбнулась. Ханцрины расступились, стараясь держаться подальше от монстров, которые, казалось, готовы были схватиться насмерть.
– Сегодня ты приобрела себе могущественного врага! – предупредила Малкантет Ивоннель. С хищным рычанием суккуб подняла ногу и, обрушив мощный удар на позвоночник Консеттины, размазала ее по камням. – Тебе до самой смерти предстоит опасаться, скрываться и прятаться! – заорала Малкантет, но не хлестнула кнутом Ивоннель и не стала нападать на демона с черной кожей. Она вовсе не желала иметь дело с Граз’зтом.
Малкантет резко обернулась и произнесла заклинание. В пространстве образовалась дыра, похожая на дверь, и, пройдя сквозь эту дверь, королева суккубов скрылась.
Ивоннель поняла, что демоница вернулась в Бездну, и с облегчением выдохнула.
– Исцели ее! – приказала она Чарри Ханцрин, указав на Консеттину.
Жрица, казалось, колебалась.
– Она понадобится нам, тупица! – прикрикнула на нее Ивоннель. – Исцели ее! А ты, ты иди и убери с глаз моих этого безмозглого сприггана, пока я не превратила его в кучку пепла, – велела она Дендериде, и та поспешила прочь, чтобы позаботиться о Комтодди.
Ивоннель потерла лоб и попыталась продумать свой следующий ход. Итак, Дзирт, по словам Малкантет, был мертв, и молодую женщину изумило, какую сильную боль причинило ей это известие.
– Отведи меня к Дзирту, – негромко обратилась она к Чарри Ханцрин, хотя старшая жрица была занята исцелением королевы и не могла ее слышать.
Реджис вздрогнул от страха, когда дверь распахнулась и в пещеру, спотыкаясь, ввалился гоблин. Однако тревога хафлинга была мимолетной: сразу же за тварью появился Энтрери с обнаженным мечом.
Ассасин закрыл дверь, схватил гоблина за загривок и подтащил его к зеркалу, прикрытому плащом. Затем кивнул Реджису.
– Ты уверен? – спросил хафлинг. – Там опасные твари…
– Ты хочешь выбраться отсюда или нет?
Реджис спрятал ониксовую фигурку пантеры, которую держал в руках. Он как раз размышлял о том, что стоит вызвать Гвенвивар, чтобы взглянуть, сумела ли пантера залечить раны, нанесенные адским кнутом, пребывая в своем астральном доме.
– Если путешествие домой помогло Гвен, то, может быть, нам удастся уговорить ее забрать туда Дзирта, – объяснил он.
– Сомневаюсь.
– Мы должны попытаться! – Реджис подошел к демоническому зеркалу и встал позади него, чтобы случайно не бросить туда взгляд.
– Да, мы должны испробовать все возможности, – согласился Энтрери и тоже обошел зеркало, по-прежнему держа острие меча у горла пленника.
– Скажи мне, что ты видишь, – приказал он гоблину, и Реджис сорвал с зеркала плащ.
Гоблин посмотрел на Энтрери, потом на Реджиса, потом взгляд его приковало собственное отражение.
А затем фигура его растянулась, наклонилась к зеркалу, захваченная магией, а зеркало освободило другого «заключенного», и перед очагом материализовалось новое существо.
Ящерица.
Огромная синяя ящерица, длиной больше, чем десять шагов Вульфгара, с дюжиной лап, изогнутыми рогами и головой гигантского крокодила. Тварь зашипела так громко, что по пещере прокатилось эхо. Не глядя в зеркало, она подпрыгнула, вцепилась в сталагмит, служивший очагом, и с поразительной скоростью рванула вверх, цепляясь за вертикальную стенку двенадцатью конечностями; добравшись до верхушки «дымохода», она побежала по потолку.
Реджис и Энтрери, естественно, бросились в стороны.
– Что это такое, во имя Девяти Кругов Ада?! – взвизгнул Реджис.
– Дай мне лук! – заорал в ответ Энтрери.
Рептилия уставилась на них с потолка. Огромная крокодилья пасть раскрылась, и из нее вырвался язык пламени, едва не угодил в бегущего хафлинга и ударил в пол, отчего задрожала вся пещера.
– К дьяволу лук! – крикнул Энтрери и метнулся в противоположную сторону в поисках укрытия. Существа, оружием которым служило пламя, – например, драконы, хотя Энтрери никогда не приходилось видеть подобных драконов! – были устойчивы к огненным снарядам, а ведь лук Дзирта выпускал стрелы-молнии.
– Я убью вас! – рявкнула ящерица.
