Герой полностью

Мы оба сейчас должны быть в постели и спать, и это моя вина, что мы этого не делаем.

Но я не просила его вставать и докапываться до меня. Я бы и сама прекрасно справилась, сидя в темноте. Это он настоял на том, чтобы прийти сюда и командовать мной.

— Е*ись ты, Зед, — я все еще говорю тихо, чтобы не разбудить Рину.

Он усмехается, нависая надо мной — слишком близко, слишком большой, сильный и мужественный.

— С тобой — в любое время, когда захочешь.

— Что? — вопрос вырывается прежде, чем я успеваю его остановить, отвлеченная его неожиданной репликой.

— Что — что?

— Ты сказал…

Он заявил, что трахнет меня в любое время, когда я захочу.

Какого черта?

Это абсурдная, нелепая мысль. Я никогда не думала о Зеде в таком ключе. Он не друг, не член семьи и не настоящий компаньон. Он скорее непрошеный сосед по комнате в колледже — тот, с кем ты застряла и с кем обстоятельства вынуждают тебя ладить.

Я никогда не думала о том, чтобы переспать с ним, и я совершенно уверена, что он чувствует то же самое по отношению ко мне.

Возможно, он просто пытался отвлечь меня. Выбить меня из колеи и вывести из состояния тревоги. Но сейчас, подумав о том, чтобы переспать с ним, я уже не могу думать ни о чем другом.

Буквально ни у чего другого нет шансов возникнуть в моей голове. Она полностью заполнена яркими, насыщенными образами того, как мы с Зедом трахаемся.

Мое тело реагирует на это. Мое сердцебиение снова учащается, но теперь уже по другой причине. Вся энергия, оставшаяся после моей недавней панической атаки, превратилась в нечто совершенно иное.

Это уже слишком. Я не могу это контролировать. Как будто моим телом завладела чужеродная сущность.

И именно эта сила — не я, это не могу быть я — тянется к голове Зеда и привлекает его к себе для страстного поцелуя.

Это нелепый поступок. Целовать Зеда.

Я понятия не имею, почему делаю это прямо сейчас.

Прикосновение его губ наполняет меня волнением. Силой. И это чувство усиливается, когда он начинает отвечать.

Он издает низкий горловой звук и хватает меня за затылок, удерживая на месте, а сам погружается в поцелуй, раздвигая языком мои губы.

Я не просто целую его. Он целует меня в ответ.

Я провожу рукой по его голове. Его коротко подстриженные волосы приятно щекочут мою ладонь, и я хочу продолжать прикасаться к ним. Моя вторая рука опускается ниже, обхватывая его за талию. Его тело твердое. Он весь такой твердый. Теплый, и с каждой секундой становится все теплее.

Я все еще пытаюсь справиться с внезапным приливом вожделения и потребности, когда Зед напирает на меня, прижимая к пустому участку стены рядом с окном. Он совсем не нежен, когда обхватывает мой затылок и углубляет поцелуй, и его настойчивость распаляет меня еще больше.

Я обхватываю его шею сзади и выгибаюсь, прижимаясь к нему всем телом. Он хватает меня за задницу свободной рукой и прижимает мой пах к своему.

Он твердый под своими фланелевыми брюками. Выпуклость у моего живота ни с чем не спутаешь. Я задерживаю дыхание от ощущения его. Моя киска пульсирует. Это почти больно.

Я понятия не имела, что желание может быть таким сильным. Настолько сильным, что причиняет боль.

— Эстер.

Я издаю глупый хныкающий звук от того, как он бормочет мое имя, потому что думаю, что он просто произносит его.

Но на самом деле он пытается привлечь мое внимание. Он выпрямляется, чтобы прервать поцелуй, все еще держа мою голову так, чтобы она была повернута к нему.

— Ты хочешь этого?

Я моргаю. Он сумасшедший? Очевидно же, что хочу.

— Да. А ты разве нет?

— Да. Просто хотел убедиться, — он оглядывается на свою кровать, как будто что-то обдумывает. Затем подхватывает меня на руки и несет через всю комнату. Это скорее практично, чем романтично. Он опускает меня на свою кровать и немедленно оказывается на мне.

Меня это устраивает. Я не ищу нежных слов или ласк. Я пытаюсь высвободиться из пижамных штанов и трусиков, пока он продолжает целовать меня.

Сейчас у него одна цель, и он не теряет времени даром. Зед прерывает поцелуй, чтобы стянуть с меня майку. Затем в течение минуты с жадностью смотрит на мои обнаженные груди, хватает одну, мнет, а сам снова целует меня.

Это странно притягательно. Его откровенная потребность и почти первобытная настойчивость. Это вторит тому, что чувствую я сама, и я извиваюсь под его весом, пока он играет с моими сосками и скользит своим языком по ним.

Через несколько минут он отпускает мою грудь и опускает руку между моих бедер. Я была влажной почти с того момента, как мы начали целоваться, и издаю тихий стон, когда он трогает меня пальцами.

— Ты готова? — спрашивает он, и его голос звучит намного хриплее обычного. Он поднимает голову, и его глаза бегло всматриваются в мое лицо.

— Да. Сделай это, — я выгибаюсь, когда два его пальца проникают в меня, возбуждая так, что я сжимаюсь вокруг него. — Бл*дь!

Он, должно быть, видит мою реакцию, потому что притормаживает и размеренно трахает меня пальцами, пока я не достигаю быстрого, интенсивного оргазма. Мое тело сотрясается от спазмов, и от нахлынувшего наслаждения вырывается долгий, тихий стон.