К счастью, группе захвата Такта хватило ума сообразить, что без заложников они не выживут, какими бы крутыми ни были — сорок две дивизии это сорок две дивизии, по семь на каждую из девушек. Поэтому всех пятерых королей мы застали в добром здравии, хотя все уже были взвинчены до предела и готовы начать делать глупости.
— Всем стоять! — заорали мы на два голоса, оценив ситуацию.
— Недоразумение улажено, — добавил я. — Господин Такт Алсахорн согласен, что с претензиями на императорский трон он… Несколько погорячился. И готов принести извинения всем пострадавшим. Верно, Такт?
— Да, — в окружении девушек, как я и ожидал, к нему стремительно возвращалась самоуверенность. — Мы с господином Героем Лука обсудили некоторые аспекты текущей геополитической ситуации и пришли к выводу что это было несколько… Преждевременно. С построением империи я подожду… Год или два, но до окончания Волн — точно.
На лицах девушек недоумение мешалось с облегчением. С одной стороны, их любимчик никогда раньше не шёл на попятную и не отказывался от своих замыслов, тем более публично. Что с ним за неполный час мог сотворить этот ужасный Герой Лука?! А с другой — главное, что он жив, всё остальное можно исправить.
А вот у монархов наоборот — паника уступает место облегчению и откровенному злорадству. Издевательский вежливый дипломатический тон Такта не может скрыть того очевидного факта, что ему только что практически прилюдно надрали зад.
— До тех пор, — Такт делает выразительную драматическую паузу, — меня вполне удовлетворит такая безделица, как трон Фобрея.
Он дождался момента, когда в глазах жирного короля проступят понимание и ужас, но заговорить или закричать ему не дал. Ровно в тот момент, когда свин открыл рот, взмах Кнута отделил его голову от тела. Струя крови фонтаном ударила вверх, а жирная туша рухнула на колени, пару секунд подёргалась и мешком рухнула на пол. Четверо остальных представителей сверхдержав оперативно расступились, чтобы их роскошные наряды не забрызгало.
— Король умер — да здравствует король! — провозгласил Такт Алсахорн Фобрей. — Уважаемые представители, предлагаю сделать перерыв, чтобы убрать тела и успокоить наших подданных, взволнованных этим небольшим внутренним инцидентом, после чего мы сможем продолжить конференцию.
На личике Мелти весь вечер сияла благодарная улыбка, а вот мой Мастер была крайне недовольна подобным исходом.
— Какими бы специфическими хобби не отличался старый извращенец, — заметила она, когда я закончил объяснять ситуацию, — политиком он был грамотным и осторожным. Вместо него теперь на троне — самонадеянный юнец, который ни разу не управлял даже деревней, зато привык решать все проблемы с помощью грубой силы. Под его командованием — самая сильная в мире армия и множество монстров запредельного уровня. Вы уверены, господин Герой Лука, что именно это то, что необходимо нашему миру, дабы пережить Волны?
— Да, Ваше Величество, я вполне уверен, что в период апокалипсиса армию высокоуровневых монстров лучше иметь на своей стороне, чем своим противником.
— Только вот почему вы решили, что они будут на вашей стороне? Поймите правильно, — Мирелия решила немного смягчить тон, — я не сомневаюсь в вашей способности контролировать Такта как Героя. Меры, которые вы приняли, достаточно разумны, хотя если бы я знала заранее, то ни за что бы вам не позволила так рисковать. Но победителей не судят. Вы продемонстрировали ему достаточную силу, чтобы заставить задуматься и остыть. Более того, что ещё важнее, вы всему миру продемонстрировали, что обладаете подобной силой. Этому я могу только поаплодировать. Беспокоит меня совсем другое. Сможете ли вы управлять этим человеком как политиком? Особенно учитывая, что он сам собой не управляет… Он не понимает, какие приказы следует отдавать, даже из самых лучших побуждений — у него банально недостаточно знаний для этого! Политика — это искусство компромисса, а Такт Алсахорн не умеет искать компромиссы.
— Я бы сказал, Ваше Величество, что семидесятилетний мужчина, который управляет гаремом из сотни женщин, высокоуровневых воительниц, так, что они не только не перерезали друг друга, но и бьются за него в одном строю — кое-что знает об искусстве компромисса.
— Простите, вы сказали семидесятилетний?!
— Я имею в виду сумму лет, прожитых им в том и в этом мире. Это не первая его жизнь… — я вкратце рассказал кое-что, что узнал от Такта в UBW и потом, когда отпускал на волю украденные Оружия.
