Гораздо хуже было другое. Мало кто нападал на неё открыто, но очень многие стали её попросту игнорировать. По старому как мир принципу «Скажи „Есть!“ — и не сделай». К чему тратить время и силы на исполнение приказов монарха, чьи дни (по крайней мере политические) уже сочтены? Лучше потратить эти ресурсы на то, чтобы самому укрепиться как следует в преддверии грядущей смуты. Так рассуждал каждый региональный губернатор и многие областные. Нелишен пока ещё могла призвать к порядку каждого в отдельности — но не могла заставить слушаться всех сразу.
Тем не менее, она оставалась королевой и должна была вести себя соответствующе. Если она начнёт пускать к себе кого попало, станет слишком очевидно, что она отчаянно ищет союзников. Другое дело — официальные приёмы, там монарх может и должен выслушивать каждого, кого стража вообще пропустит во дворец. Но этот мальчишка попросил именно личной аудиенции, без посторонних глаз.
Поэтому Нелишен ответила ему письмом, где формально вежливо, а по факту довольно бесцеремонно имела в виду: «Сначала докажи, что ты чего-то стоишь, а потом уже напрашивайся во дворец».
Мальчишка был наследником главы и клана хакуко — белых тигров, одного из четырёх Великих кланов Силтвельта. После гибели предыдущего главы клана на эту семейку открыли в Силтвельте настоящую охоту. Эмигрировать в человеческие страны решились очень немногие, хотя в Фобрее и Зелтобле расовой дискриминации не было (зато была половая и финансовая соответственно). Поэтому, естественно, самая большая диаспора сформировалась именно в Шилдфридене. На этом основании он, видимо, полагал, что ему все должны.
Но здесь это так не работает! Шилдфриден основали именно зверолюди, уставшие от тирании Великих кланов. Аотацу, хакуко, гэнму и судзаку в нём разрешалось жить, если они этого хотели — но как рядовым гражданам безо всяких привилегий. Они не считались дворянами по рождению. Положение самой Нелишен могло создать впечатление, что с этой традицией порвали, но оно было бы ложным. Она делала карьеру, опираясь на помощь любовника — да. Но не родни по крови. Для других аотацу она была соперником, а не ставленником и покровителем.
Только не прошло и полдня, как Фоур Феон доказал, да так что у неё глаза на лоб полезли! Просто-напросто взял, да и продемонстрировал Звёздный Коготь, которым теперь владел, толпе на главной площади столицы! Ну кто так вообще делает?! Народ чуть с ума не сошёл — кто от радости, кто от страха! Коготь — знаковое оружие нелюдей, в определённом смысле даже более родное им, чем Щит! Герой Щита, хоть и покровительствует зверолюдям, сам всегда является человеком… Ну, по крайней мере являлся… До сих пор. А вот Коготь почти всегда выбирал себе в носители монстра, зверочеловека или получеловека. И сейчас, когда Щит по непонятным причинам осел в Силтвельте, получить такой противовес, ходячее знамя, было просто подарком судьбы!
— Но демонстрировать его народу вот так — это даже для хакуко слишком! Ты вообще понимаешь, что наделал, белобрысый полукровка?! Дело даже не в том, что шпионы всех четырёх империй сейчас мчатся с донесениями к своим правителям! Коготь бы скрыть всё равно не удалось, но если бы хотя бы иметь пару дней в запасе, мы могли бы представить его появление правильно! Со всеми надлежащими объяснениями! А теперь все не знают, что думать — то ли завтра революция, то ли война с Силтвельтом!
— Я предложил вам встретиться наедине, чтобы не создавать лишнего шума. Не моя вина, что вы отказались, — пожал плечами Фоур.
— Если бы ты указал в письме, что являешься Героем, можно было не упоминать даже конкретно Коготь…
— И вы бы мне поверили? — ехидно приподнял бровь юноша. Выглядел он лет на двадцать. Переросток… в Силтвельте ускоренное взросление считалось позорной маркой низших классов, аристократы могли себе позволить расти в естественном темпе. Но в Шилдфридене взрослым считался каждый, кто сдал экзамен на совершеннолетие, а физическое состояние тела, как и способы достижения этого состояния — уже личное дело гражданина.
— Нет, — вынуждена была признать Нелишен. — Без доказательств это и в самом деле звучит как наглое хвастовство. Но я бы по крайней мере согласилась на тайную встречу, чтобы проверить, сколько в твоих словах лжи. Ладно, что сделано, то сделано. Чего ты хочешь?
— Вам средства изложить, или цели? — ехидно прищурился переросток.
— И то и другое, — мстительно процедила Нелишен, — потому что я уже убедилась, что наломать дров ты можешь во всём.
— Как пожелаете, Ваше Величество, — сарказм в голосе мальчишки был таким густым, что его можно было ножом резать. — Мне нужна голова Джаралиса. Лучшим средством её получить я считаю войну между Силтвельтом и Шилдфриденом. Поскольку нападение со стороны Шилдфридена в сложившейся ситуации невозможно, нужно чтобы Силтвельт сам на нас напал. Напасть он может только пока Герой Щита в отъезде, а Фобрей слаб из-за безвластия. Поэтому нужно его спровоцировать в ближайшие недели.
Нелишен прищурилась. Звучало разумно. Даже слишком, подозрительно разумно для дикаря-полукровки.
