Это было что-то новенькое. Обычно Георг никогда не откладывал встречу с ней так надолго. Обиделся за Париж, за несостоявшуюся романтическую ночь? Может быть, не зря же Кира назвала его злопамятным… Однако делать было нечего, не по телефону же сообщать о предстоящем разрыве. И Алине ничего не оставалось, как только ответить:
– Да, конечно, подождет. Пока, увидимся в выходные.
Алина отложила телефон, осмотрела свою квартиру и решила, что немедленно пора приниматься за уборку. Порой, чтобы весь мир начал меняться к лучшему, достаточно просто навести порядок у себя дома.
Машина Алексея весело летела по Киевскому шоссе в сторону города, фонари вдоль дороги чертили в небе золотую линию их пути. И чем ближе была Москва, тем тревожнее становилось на сердце у Алины. А что, если эта встреча станет последней? Вот сейчас она все ему скажет, они домчат до Окружной, повернут там налево, доберутся до Крылатского и… И все. Алеша высадит ее у подъезда, скажет на прощание что-нибудь милое, помашет рукой – и больше они никогда не увидятся. Может, не стоит именно сегодня сообщать ему, что свадьбы не будет, и этим сразу сжигать все мосты? Но что же делать, как быть? Продолжать врать? До назначенной даты свадьбы осталось всего три недели, а ни Алексей, ни Георг еще ничего не знают, и Алина не знает, как им об этом сказать… Вот что значит запутаться в любовном лабиринте и оказаться на месте героев романа. Как же ей не повезло… Всю жизнь она была автором чужих судеб и могла подсовывать своим героям удачные случаи, давать счастливые шансы, выводить из жизненных тупиков, а сама… сама, попав в непростую жизненную ситуацию, растерялась. Где ее писательская интуиция, где тот сюжетный ход, который позволит все разрулить?
А ведь вечер прошел так чудесно! Помня, как понравился Алеше ее «привезенный из Японии» имидж, Алина надела тот же самый наряд и попросила своего мастера в салоне красоты сделать прическу, похожую на ту, что полгода назад сотворил на ее голове японский дизайнер. Конечно, у Наташи получилось что-то мало похожее на произведение Кацухиро, скорее «по мотивам», как пишут в титрах к фильмам-экранизациям, когда сценарий уже ничем не напоминает оригинал. Но когда Алина взглянула на себя в зеркало, то осталась вполне довольна. Она действительно выглядела «чуточку безумной», как когда-то посоветовал ей молодой японец. И это легкое безумие ей очень шло.
Во всяком случае, именно так счел Алексей. Увидев выходящую из подъезда Алину, он издал восхищенный возглас и показал ей поднятый вверх большой палец.
– Выглядишь на все сто! Париж явно пошел тебе на пользу, – заметил он.
– Это не Париж, это еще отголоски Японии, – уточнила довольная произведенным эффектом Алина, усаживаясь рядом с ним на переднее сиденье.
– Тогда была немного другая прическа, – тут же возразил Алексей. – За последнее время я несколько раз вспоминал ту встречу в Медведкове и понял, что там ты была самой собой. А потом как-то изменилась.
– В худшую сторону? – тут же поинтересовалась Алина.
Алексей пожал плечами:
– Не то чтобы… Даже не знаю, как сказать. Потом ты долгое время была какой-то скованной, будто на тебя что-то давило… Но теперь, когда ты снова начала писать, ты, похоже, снова становишься собой – прежней, настоящей.
После этих слов Алина только вздохнула. Как же прекрасно Алеша ее понимает! Никогда еще в жизни ей не встречался человек, который умел бы читать все, что происходило у нее в душе, как в книге.
Всю дорогу до загородного клуба они разговаривали не умолкая. И Алина постоянно ловила себя на мысли о том, как же ей нравится в Алексее
Все было просто замечательно. Загородный клуб оказался шикарным, его владелец Никита – очень приятным и гостеприимным, еда от шеф-повара – восхитительной, вечеринка – очень удачной, программа шоу – интересной и со вкусом продуманной. В перерывах между выступлениями артистов играл небольшой оркестр, гости танцевали, и Алина с радостью узнала, что Алексей, оказывается, прекрасно танцует. В отличие от Георга, который вообще не особенно умел красиво двигаться… Да хватит уже вспоминать о Георге!
