Поверить не могу, они принесли сюда радиометр! С каких пор доктор Алерайо с таким равнодушием относится к высокочувствительной технике? Он ведь прекрасно знает действие собственного супериора — при активном его использовании ни у одного электроприбора нет ни малейшего шанса уцелеть на столь близкой дистанции. Уже зная, что увижу, я всё равно не пожалела времени заглянуть в сумку. Ну конечно, потушенная лампочка контрольного индикатора с головой выдавала перегоревшее нутро.
— Сдох, вот досада, — доктор подтвердил очевидное и добавил сам для себя: — Кое-что не меняется, даже когда меняется всё.
— Юлиус, о чём ты думал? Мы столько сил потратили на создание радиометра и антенн к нему, а теперь они бесполезны! У нас же нет второго устройства для слежки за Народным Ангелом.
— О, не стоит благодарить за своё спасение.
— Но ведь...
— Закрыли тему. Пускай в твоём резюме нет докторской, а увлечения больше подойдут тринадцатилетнему подростку, нежели ассистентке величайшего ума Республики, ты важнее Париса. И я говорю это не только потому, что так считает Ленд.
Всё моё возмущение разом схлынуло. Его признание самая трогательная вещь, которую доктор когда-либо говорил обо мне. Выиграть в сравнении с уникальным созданием, венцом его научного гения, дорогого стоит.
— Спасибо, — ответила с искренним чувством.
Скромная обстановка позволила избежать полноценного пожара, почти вся техника, что могла гореть, уже обуглилась и начала тлеть. Комната медленно наполнялась дымом и запахом жжёного пластика. Системы пожаротушения в подвалах не было, а старая вентиляция, отметившая по меньшей мере полувековой юбилей, едва справлялась с вытяжкой.
Лендер подошёл к поверженной Ладье и проверил её пульс.
— Жива, — присвистнул он с уважением, затем осторожно приподнял её, усадил к стене и ослабил ворот, чтобы облегчить девушке дыхание.
Костюм из качественного латекса и толстая подошва сапожек не дали электрическому разряду убить Лорну, и всё же молния хорошенько потрепала её. В красном аварийном освещении красивое лицо в обрамлении серебристых волос напоминало неумело раскрашенную маску куклы из жуткого дома. Ей срочно нужна помощь, но я бы предпочла, чтобы Лендер сперва подумал о себе.
— Крепкая девочка, — Юлиус согласился с другом. — Жаль, что перепутала реальную жизнь с комиксами. Катаны это эффектно, но не эффективно.
Мой револьвер валялся возле кухонного стола. Я подобрала его и спрятала в карман, пообещав себе, что больше никому не позволю отобрать его без борьбы. Если бы Ладья воспользовалась им, исход стычки мог быть совершенно иным. К счастью, злодейка предпочла привычный и проверенный годами способ расправы.
— Кто она вообще такая? И кто такая её подружка? Не припомню, чтобы они прежде бегали по Индустриальному.
— Позвольте представить Чёрную Ладью и Белого Слона, — я поочерёдно указала на женщин.
— Понятно. Пофиг.
— Нет, не пофиг, они приспешницы Ферзя.
Лендер тут же выпрямился во весь рост и перезарядил револьверы.
— Ты сказала Ферзя, крошка?
— Да, вон он. Меня привели сюда по его приказу. Только не стреляй, — поспешно предупредила, — он безобидный.
Завеса дыма почти полностью скрыла человека в инвалидном кресле от наших глаз, но он никуда не делся. Не двигался и помалкивал, с успехом изображая предмет мебели. Судьба проявила милосердие к серому кардиналу Индустриального района, физически он не пострадал. Резиновые покрышки на колёсах защитили его от электрических травм, а ближайшая пуля вонзилась в стену аж в двух метрах от головы.
Юлиус с нескрываемым любопытством пошевелил пальчиками и сделал несколько пружинистых шагов к прославленному слухами злодею. Человек, существование которого он отрицал с таким упорством, всё-таки не выдумка.
— Это правда он? Ферзь?
— Точно, — я кивнула. Сам Ферзь не ответил; электромагнитное поле спалило его голосовую электронику.
— Что-то не похож. Больно низкий. И не блондин.
— Как будто ты видел его раньше! Факты красноречивы: Слон, Ладья, Гуру... Да и зачем кому-то в здравом уме притворяться Ферзём? В этом нет никакого смысла.
Присев на корточки возле инвалидного кресла, Лендер дулом револьвера ткнул в грудь Ферзя, словно проверяя живой тот или нет.
— Какая разница, кто он такой. Гадёныш угрожал Ники и за это ответит.
— Убери от него свои лапы, Спектр, — раздался исполненный ненависти шёпот.
Слон сумела собрать остатки сил, с трудом поднялась на ноги и с вызовом расправила плечи. Сдаваться она действительно не умела. Любовь к брату оказалась сильнее боли в сломанной руке и страха за свою жизнь.
— Клянусь: тронешь его ещё раз, и я закончу то, что начала Лорна. Порублю на мелкие кусочки, смешаю с собачьим кормом и скормлю вшивым котам с помойки.
Лендер насмешливо заломил левую бровь:
— Прости, что не убегаю, теряя тапки, блондиночка.
— Я не бросаю слов на ветер.
— Устроить тебе второй раунд?
