Хрум замер, посмотрев куда-то вдаль. Прошло несколько секунд, но ничего не происходило. Я присел перед боевым ежом на корточки.
— Ну что, пойдём домой? Как ты себя чувствуешь? — спросил я у него.
Хрум выгнулся и выплюнул две жемчужины, бирюзовую и розовую. Вот это да! Профессор оказался прав. Хрум и правда быстро восстановился и выдал сразу же драгоценные минералы.
Я вытер жемчужины влажными салфетками, переложил их в приготовленный мешочек.
Мне кажется, что теперь мы будем гулять каждый вечер. Забавно, но меня радует тот факт, что администрация не очень хорошо ухаживает за парками столицы. Это я уже слышу не впервые, и, разумеется, готов прийти на помощь местному населению, которое жалуется на ядовитое растение.
На сегодня, пожалуй, хватит. Хрум дал это понять, залезая в мой ранец. Мы вернулись домой. Поужинав, я начал готовиться ко сну. Решил лечь спать пораньше, да и Хрум изрядно притомился. Он первым засопел на своём лежбище.
Я же добрался до кровати, принял горизонтальное положение. Обдумал наши с Хрумом недавние метаморфозы. Мы становимся сильнее. К тому же я понял, как ускорить производство жемчужин.
Незадолго до того как уснуть я написал профессору, что эксперимент удался. Уничтожено: четыре куста борщевика. Выдано: две средние жемчужины. По моему, всё отлично. Это и подтвердил Николай Захарович, добавив, что сообщит обязательно, если узнает ещё что-то новое.
Я поставил будильник, закрыл глаза и сразу же отключился.
Сегодня у меня будет комиссия. А это значит, что я официально стану графом. Ранний звонок из Палаты Общин и Родов меня настолько обрадовал, что я тут же проснулся.
Через два часа, ровно в девять я должен быть в зале для церемоний и оглашения вердиктов. И я не собирался опаздывать.
Через полчаса, наспех позавтракав варёными яйцами с салом и зелёным лучком и выпив молочный коктейль с протеином, я накинул чёрный представительный костюм. Следом нацепил на запястье левой руки часы, затем расстегнул ранец, в который запрыгнул Хрум, догрызающий морковину.
И отправился к такси, которое вызвал заранее. Ради такого события я решил не мелочиться. Притом перестраховаться, а то в метро в последнее время часто происходят аварии в тоннелях. Задерживаться я не имел права.
Поместье Астафьевых, в это же время.
Граф Астафьев злорадно улыбался, ещё раз просматривая ролик, набравший приличное количество просмотров.
— … Они посадили за решётку моего сына, — процедил граф Стрельников. — И я так это не оставлю.
— Что вы собираетесь делать? — задал очередной вопрос репортёр.
— Я всеми силами буду требовать разобраться в этом вопиющем случае, — резко ответил Стрельников. — Мой сын невиновен. Это факт. Я уже подключил заместителя прокурора, который охотно согласился мне помочь.
— Как известно, ваш сын ранее оживлял статую Пушкина… — продолжал репортёр, но Стрельников перебил его.
— Это наглая ложь, — процедил он. — Моего сына подставили. И поверьте, виновные будут наказаны.
— Есть конкретные люди, которые понесут наказание? — спросил репортёр.
— Уже известны двое, — посмотрел в камеру Стрельников. — Петрушин, следователь сорок четвёртого участка. И спасатель Светлов, который помог задержать моего сына.
— Спасибо, — ответил репортёр.
— Это ещё не всё. Я хочу кое-что передать этим двум негодяям, — приблизился к камере Стрельников. — Знайте, что вы не уйдёте от правосудия. Это вам точно не сойдёт с рук…
Астафьев, довольно улыбаясь, выключил видео. В его голове созрел хитрый план.
— Володя, подойди ко мне, — произнёс он по селектору.
Через мгновение дверь открылась. На пороге возник мужчина его возраста, с копной светлых волос на голове и масляным взглядом.
— Вызывали, Ваше Сиятельство? — спросил он.
— Володя, проходи, — махнул ему рукой Астафьев. — Для тебя есть интересное задание. Нужно сделать артефакт, который может уничтожить Потёмкина. Я помню, что ты говорил об очень интересной идее.
— Да, я уже на стадии завершения. Блок почти готов, — довольно оскалился его артефактор.
— Но нам важно, чтобы Потёмкин погиб наверняка. Ты ж понимаешь? — прищурился Астафьев в сторону артефактора.
— Так… — задумался Владимир. — Тогда нужно добавить ещё один механизм… Мне нужно несколько дней.
— Действуй, — отпустил его Астафьев.
Граф откинулся на спинку стула, затем довольно улыбнулся, всматриваясь через стену куда-то вдаль.
Володю посоветовали как очень опытного артефактора. Астафьев изучил его изобретения, и каждое из них его удивило. Настолько искусные работы, настолько эффективные изобретения, что граф, ни капли не сомневаясь, нанял Владимира. Для такого никаких денег не жалко.
И теперь Володя готов был создать очередной уникальный артефакт. А то, что тот сработает как надо, граф не сомневался.
В зале для церемоний и оглашения вердиктов собрались пять аристократов. Судя по надменным взглядам — представители высшего света. Но мне как-то на это было наплевать. Я же здесь для того, чтобы получить титул, а не в гляделки играть.
