Уже понятно, что она не повредит питомцу, а наоборот — превратит его в мощнейшее оружие. Хрум вспыхнул, громко застучав челюстями. Молнии, пробегающие между его иголок, стали жирнее и приобрели серебристый оттенок. А затем я скомандовал собрать мою энергию воедино.
Боевой ёж дёрнулся. Мощнейшая молния вылетела из него, разделившись в воздухе на три части. И каждый из разрядов врезался в смертоносные глыбы, разрывая их в воздухе. От грохота и хруста заложило уши.
Огненная масса рухнула вниз. Но мне то что беспокоиться? Я находился в эпицентре магического огня, где комфортно, тихо и нет даже малейшей искры. Нейтрализующий фон работал в полную силу.
Я отсоединился от Хрума, который довольно засвистел, понимая, что мы выжили. Вокруг огненный ковёр. Ближайшая роща, хозпостройки и дом Никифорова пылают ярким пламенем.
Нужно ли вытаскивать следователя, который меня подставил? Разумеется. Выбью у него информацию, а затем сдам Петрушеву.
Я нашёл следака в доме. Антимагический фон, который я укрепил и сделал немного больше в диаметре, позволил мне зайти внутрь. Никифоров сидел в кресле, ковёр под его ногами уже занимался огнём. Он был в шоке и, кажется, не верил, что так просто уйдёт из жизни.
— Вставайте, Борис Петрович, пора на выход! — воскликнул я, хватая его за локоть.
Следователь не сопротивлялся, лишь с ужасом посмотрел на стену, по которой расползалось магическое пламя, жадно пожирая камень.
Мы успели отойти на безопасное расстояние, когда кровля дома обрушилась, взметнув вверх большой факел красно-фиолетового огня. В это время я отправил Петрушеву сообщение и дополнил геометкой.
— Что со мной будет? — пробормотал бесцветным голосом Никифоров.
— Вы, скорее всего, сядете, — предупредил я. — Скоро приедет ваш коллега и мой знакомый. Вместе с нарядом полиции.
— Да уже плевать, — протянул Никифоров. — Но есть важное условие…
— Вы не в том положении, чтобы диктовать что-то, — холодно заметил я.
— Александр, у вас есть дети? — взглянул он на меня потухшим взглядом.
— Пока нет, но в планах, — ответил я.
— Тогда вы можете не понять моих отцовских чувств, — вздохнул следователь.
— Что вы хотите? — поинтересовался я, уже понимая, какой будет его просьба.
— Я прошу вас, найдите мою дочь, — пробормотал Никифоров.
— Если бы вы вовремя обратились ко мне — ничего бы этого не было, — подчеркнул я. — Но это уже случилось… Вы совершили ошибку.
— Всего лишь испугался за свою дочь… — пробурчал следак. — Это не просьба. Я вас очень прошу, Александр. Катя для меня всё, понимаете?
— Сын ваш в безопасности? — задал я очередной вопрос.
— Да, Илья гостил у матери, — пробормотал следак.
— Я вытащу твою дочь, не переживай, — успокоил я Никифорова.
Магический огонь я потушил через десять минут. Хрум следил за следователем, который сидел на чудом уцелевшей лавке недалеко от сгоревшего сарая. Но контролировать Никифорова и не требовалось. Он не собирался убегать. Лишь опустил голову и ожидал своей участи.
После того как моя антимагия затушила последний клочок пламени, к дому подъехали две полицейские машины и автомобиль Петрушева с мигалкой на крыше.
— Очуметь! — воскликнул он, оглядывая сгоревшую дачу и лес вокруг, который превратился в обугленные чёрные столбы. — Ты как здесь выжил, Александр?
— Это всего лишь магический огонь, Егор! Ты забыл⁈ — ухмыльнулся я в ответ. — Я антимаг.
— Ты написал, что взял того, кто тебя заманил в ловушку, — напомнил мне Петрушев.
— Да, вон он, забирайте, — махнул я в сторону Никифорова.
— Боря? — лицо Петрушева вытянулось от удивления. — Это ты всё затеял⁈ Но зачем? Или это ошибка⁈
— Нет, не ошибка, — скривил печальную улыбку Никифоров и поднялся. — Я готов. В какую машину садиться?
Петрушев накинул на запястья своего уже бывшего коллеги наручники, передал полицейским.
— Вы обещали! — обернулся ко мне Никифоров.
— Что ты ему обещал? — хмыкнул Петрушев.
— Что дочь придёт его навестить. Надо её отыскать, — туманно объяснил я следователю.
Не хотел его вмешивать и отвлекать от работы. Сам справлюсь. Тем более Хрум уже набрёл на след девушки.
— Её похитили! — выкрикнул из окна Никифоров. — Похитили Катю, Егор!
Похоже, что они достаточно хорошо друг друга знали, раз Петрушев обомлел, услышав такие новости.
— Я выделю своих людей, — тихо ответил мне Петрушев. — Они помогут тебе.
Не особо я хотел, чтобы со мной были сопровождающие. Но в этой ситуации всё-таки был один жирный плюс — экономия времени. Не нужно было вызывать полицию и ждать её приезда. Стражи порядка будут ждать рядом и среагируют сразу же, когда я освобожу дочь Никифорова.
— Главное, чтобы под ногами не мешались. Хрум может их задеть случайно. А ты знаешь, на что он способен, — предупредил я, и Петрушев ухмыльнулся одним уголком губ, кивая. Он понимал, о чём я.
Боевой ёж между тем ясно показал точку, где находилась заложница. Это было похоже на нить, которая вилась по ментальной призрачной карте местности, расстелившейся перед моим взором. И заканчивалась эта нить недалеко, за двумя дворами от сгоревшей дачи Никифорова.
