Я размял кисти рук и схватился за нижнюю ветку, подтягиваясь к следующей. Через полминуты я добрался до первого хвостатого и кое-как отодрал его от ствола вместе с фрагментами коры. Посадил его на плечо, которое резануло болью. Кот вцепился в меня когтями, начиная орать прямо в ухо.
Затем я дотянулся и до второго, проделывая те же действия. Он оказался более цепким, и пришлось снимать его в два захода.
Только когда оказался на земле, коты спрыгнули с меня и подлетели к бабуле. Она уже расстелила им пакет с кормом.
— Спасибо вам большое, молодой человек, — заблестела она глазами, счастливо улыбаясь. — Такое с Лизиком и Кнопой впервые. Если бы не эти собаки, чёрт их подери… — затем она показала пакет, который я ей передал, — Только не пойму, вы дали подержать?
— Нет, это вам, мой Хрум отказался кушать этот корм, — объяснил я. — Как выяснилось, он больше любит морковь.
— Хрум? Интересное прозвище, — растерянно ответила бабуля. — А может, у него депрессия? Я слышала, что котики в депрессии меняют свой рацион.
— Да вроде нет, он был очень счастлив, когда ел морковь, — улыбнулся я.
— Нет, всё-таки почему Хрум? — не унималась бабуля. — Почему вы его так назвали, а не Пушок, например? Хорошее прозвище… Пушок. Или Мурзик. У меня есть Мурка. Мурзик и Мурка. Были бы отличной парой.
— Он такие звуки издаёт во время еды, поэтому пришло на ум именно это, — объяснил я и засмеялся про себя. Если бабуля увидит этого «Мурзика», её сразу кондратий хватит.
— Так это же… это же Бледина! — воскликнула бабуля, рассмотрев более внимательно упаковку корма. И на неё тут же покосилась молодая пара с детьми, гуляющая неподалёку. — Вот это да! Ха-ха! Бледина!
Мама закрыла уши своему сыну, а отец попытался пойти поговорить с бабулей, но его супруга в последний момент схватила своего благоверного за рукав.
— Этот корм половина моих котиков ест. Самый лучший корм, и дорогой, — довольно улыбнулась бабуля. — Спасибо вам. Меня, кстати, Раиса Захаровна зовут.
— Александр, — представился я. — Мне пора.
— Ещё раз благодарю, — улыбнулась бабуля и пробормотала, посмотрев на красочную этикетку: — Ну надо же… Бледина…
Я отправился в магазин, затарился морковью и в очереди на кассе прыснул со смеху, обращая на себя настороженные взгляды покупателей.
Ситуация с Раисой Захаровной не выходила из головы. Надо же так было корм назвать. Но ладно там, на Западе, возможно, они без задней мысли придумали название в честь какого-нибудь деятеля. Но запускать на имперский рынок, с таким брендом!.. Чудаки они, конечно.
Я принёс десять килограмм моркови, и Хрум накинулся на неё как голодный волк. На моих глазах он схрумкал почти половину всего объёма и успокоился, откинувшись набок и засыпая прямо на полу. Не знаю, отчего такой жор на него напал. Единственной мыслью было недостаток этого продукта. Но ситуация тревожная. Если он не умерит аппетиты, я же разорюсь на моркови.
Затем занялся лечением. Всё моё плечо было в ранках, оставленных этими Лизиком и Кнопой, чтоб их котодьявол забрал куда пожарче!
Достал я из аптечки заживляющий эликсир. Именно так, эликсир. В этом мире вместо привычной зелёнки или йода использовали именно его. Мелкие раны затягивались на глазах. Что произошло и в данный момент со следами, оставленными неблагодарными котэ.
Затем вспомнил, что в одном из шкафов я заметил махровый коврик. Сложив его в два раза, положил возле батареи. Получилось очень даже неплохо, эдакое спальное место для питомца. Посмотрим, как отреагирует на него Хрум.
Чуть позже вечером ёжик проснулся и немного меня успокоил. Стрескал всего лишь одну морковину, подтверждая, что будет экономным. Затем, довольный, он отправился на постеленное мною махровое тронное место, растянулся на нём, и на моё удивление снова уснул.
Я же под посапывание питомца полистал фото, полученные из архива. Ещё раз обдумал информацию, которую получил.
Анастасия, единственный архимаг, который был зафиксирован в семье Астафьевых. Кто может подсказать, что произошло с её ребёнком на самом деле? Какую же тайну хранит эта история?
В общем, я уснул, так и не додумав мысль, и открыл глаза, когда уже рассвело.
Я вскочил с кровати, падая на пол и приступая к отжиманиям. Никогда нельзя расслабляться. В прошлой жизни для меня утренняя зарядка и пробежка были определённым ритуалом, с которого я начинал каждый новый день.
И в новом мире я с десяти лет возобновил похожие ритуальные действия. Поначалу это были десять отжиманий и приседаний. Как на меня странно смотрела приёмная семья, когда я ни с того ни с сего начал активно заниматься спортом! Но затем все привыкли. А потом я пристрастил к этому делу половину своих братишек и сестрёнок.
Сейчас у меня получалось отжаться сто раз, и затем на втором заходе я осилил ещё пятьдесят. Не сверхнагрузка, конечно, но вполне достаточно, чтобы разогнать кровь и окончательно проснуться.
Хрум услышал, что я встал, потянулся на своём коврике, сладко зевая. А затем перевернулся на свои крохотные медвежьи лапы и почесал ко мне.
— Есть хочешь? — спросил я. Питомец потёрся о мои ноги, намекая, что я угадал.
