— Кота отдай бабушке, — потребовал я. — Это ведь не твоё животное. Пожалей старушку.
— А меня кто пожалеет? — накинулся здоровяк. — А мою Матильду?
— Ну, вот как тебя зовут? — спросил я.
— Тебе какая разница?.. Допустим, Роман, — процедил он.
— Послушай, Роман, ты поступил очень некрасиво, — начал я. — Тебе этот кот что плохого сделал?
— То, что он орёт под окнами постоянно, это разве не плохо? — резко ответил здоровяк. — То, что задолбал гонять мою Матильду, тоже хорошо⁈
— Так нормально скажи, зачем животное забирать? — я внимательно смотрел на здоровяка, который нервно переминался с ноги на ногу. — Ты же, по сути, кражу совершил, а это уже уголовное преступление.
— Да пошёл и ты, и твоя чокнутая старуха, — выдавил здоровяк, тыча в меня пальцем. — Ещё будешь меня жизни учить⁈ Вали домой!
Ох, зря он это сказал. Я услышал, как внизу распахнулась дверь. Точно, я же её на замок не закрыл.
— Мой тебе совет — беги, — тихо сказал я.
— Ты смеёшься? Беги? — хохотнул он.
По клацанью когтей по бетонным ступеням я понял, что Хрум уже близко.
— У тебя ещё есть шанс спастись, — добавил я.
— Да ты не в себе, парень, — ответил он, повернувшись к своей двери. — Разговор окончен. Кота я оставлю себе, пока эта старуха не пообещает…
Он не договорил, а я не стал его больше предупреждать. Как и останавливать Хрума, который пролетел мимо меня, вцепившись зубами в зад соседа.
— Твою-то мать! — заорал он. — Что это за херня⁈
Здоровяк ломанулся к двери, а Хрум, рыча, вгрызался в его правую ягодицу. Когда сосед принялся визжать от боли, я отозвал питомца. Причём это получилось интуитивно. Отправил сильную ментальную команду: «Стоп!» И Хрум отцепился, возвращаясь ко мне.
Сосед продолжал визжать, схватившись за место укуса, распахнул свою дверь, откуда выскочил котяра. Дверь захлопнулась, затем послышались звуки закрывающихся замков.
— Ой, Кнопа, иди ко мне, хороший, — выскочила бабуля на площадку, взяв подскочившего кота на руки.
— Ме-е-еа-а-ау-у-у! — возмущённо выкрикнул котяра.
— Всё хорошо, ты не пострадал, бедненький? — погладила она его, затем покосилась на моего питомца.
— Ежистый… стр. — Раиса Захаровна замерла, пытаясь вспомнить породу, которую я называл.
— Ежистый страйт-блэк, — ответил я, принимая питомца на руки, затем взялся за обрывок ткани, торчавший у него из пасти. — Отдай каку.
Хрум разжал челюсти, отпуская трофей.
— Я ни разу не видела таких котиков, — Раиса Захаровна удивлённо всматривалась в моего питомца. — А зубы у него какие! Прям не кошачьи, а словно у акулы.
— Я ж говорю, редкая очень порода, — объяснил я, поглаживая Хрума, которого продолжало знобить. — Ладно, вам отдыхать надо. Если сосед продолжит буянить, меня зовите.
— Хорошо, Сашенька, обязательно, — закивала бабуля. — Если что — приходите к нам в гости. Поиграет с моими сорванцами.
Ох, боюсь, что ваши сорванцы будут не готовы к такому стрессу. Вон как Кнопа на него уставился, будто чувствует угрозу.
— Мы пока на карантине, — напомнил я. — Я вам говорил.
— А, ну да, ну да… карантин, я вспомнила, — закивала Раиса Захаровна. — Как закончится — ждём в гости. Да, Кнопа?
Кнопа в ответ громко зашипел, выражая явное несогласие с таким предложением.
Мы с Хрумом вернулись в квартиру. Питомец никак не хотел успокаиваться. Наоборот, вибрация иголок усилилась. Он выпил ещё литра три воды и устроился ко мне под бок на кровати.
Я же вдруг заметил в воздухе колыхнувшуюся паутину. Теперь я её видел чётко. А это значило, что у Хрума очередной всплеск магической активности.
Недалеко от дома №24, в то же время.
— Ну что, Тимоха, справишься? — взглянул на своего напарника Матёрый. Так его прозвали за буйный нрав. Маг огня, да ещё и седьмой ступени, с потенциалом к девятой… Не каждый наёмник, даже профессиональный, обладает такой силой. А он обладал.
Тимоха был магом воздуха, и с ним постоянно они работали в паре. Причём работали по особо важным заказам, выполняя всё идеально. За это их и ценила высшая аристократия. Хотя были и те, кто их называл палачами. Но это те жертвы, которые были под угрозой.
— Ты же знаешь, я тебя в два счёта подниму до того балкона, — грубо ответил Тимоха.
— Да я просто стебусь, — тихо засмеялся Матёрый.
Его всегда пробивает на такой нервный смех, когда он предчувствует неладное. Но… надо завершить работу, сделать её как всегда чисто и отчитаться Астафьеву. А потом получить два ляма на карту. Как утверждал граф, работа серьёзная, им предстоит напасть на антимага.
Но у того нет шансов. Перед его Замедлителем никто не устоял. Светлов попытается что-то предпринять, но артефакт сделает своё дело. Как было и раньше.
— Сразу мочим, как всегда? — спросил у него Тимоха.
— Да, сразу. Работаем быстро, уходим ещё быстрей, — подтвердил Матёрый, включая цилиндрический артефакт, который тихо запищал, загораясь красными огнями. — Я готов.
После того как Тимоха поднял его в воздух и закинул на нужный им балкон, Матёрый дождался своего напарника, затем справился с замком балконной двери при помощи специальной отмычки.
