Командир телефонно-кабельной роты 34-го отдельного батальона связи лейтенант А. К. Забродский после первых артиллерийских выстрелов, обрушившихся на казармы, быстро поднял бойцов, распределил между ними имущество, отдал конкретные распоряжения для обеспечения связи с 206-м и 197-м стрелковыми полками. Под непрекращающимся огнем противника связь удалось быстро наладить. Осколком снаряда лейтенант Забродский был ранен, но не оставил командования ротой.
Взвод связи под командованием младшего лейтенанта Е. К. Максимчука под обстрелом обеспечивал связь штаба дивизии с 1-м стрелковым полком, а затем вступил в схватку с просочившейся в наш тыл группой фашистов и уничтожил её [40].
Во время проверки линии связи младший сержант Бобко, красноармейцы И. А. Челак и Тимофеев уничтожили восемь террористов из националистической банды, совершавшей нападения на отдельных бойцов и выводившей из строя телеграфно-телефонные линии[41]. Впоследствии за проявленные мужество и героизм, инициативу и храбрость немало связистов было награждено орденами и медалями, в частности орденом Красного Знамени – лейтенант А. К. Забродский, орденами Красной Звезды – лейтенант Е. К. Максимчук, младший сержант Бобко, красноармейцы И. А. Челак и Тимофеев.
Начальник артиллерии дивизии полковник И. Д. Романов, прибыв в район лагерей, где располагались артиллерийские полки, быстро поставил конкретные задачи каждому подразделению. Благодаря сознательности и инициативе командного и рядового состава части 99-й стрелковой дивизии стали выдвигаться из лагерей в предназначенные им районы обороны. Но на все это потребовалось некоторое время. В 7 часов 15 минут командиры артиллерийских полков доложили в штаб дивизии, что полки по боевой тревоге подняты и заняли огневые позиции северо-восточнее Перемышля. Снарядов в полках мало, так как взяты только те, что имелись в лагерях. Одновременно сообщалось, что принимаются меры для переброски боеприпасов и вооружения из дивизионных складов, расположенных в нескольких километрах от города.
Бывший командир дивизиона 22-го артиллерийского полка И. В. Перепелица сообщил автору: «В первые же минуты войны наш лагерь подвергся усиленному артиллерийскому обстрелу. Снаряды рвались по всей его территории. Телефонная связь со штабом дивизии и 206-м стрелковым полком была нарушена. Полк поднялся по тревоге. В мирное время тревоги на занятие боевого порядка делались много раз, и каждый командир и боец отлично знали, что им нужно делать. И на этот раз, несмотря на обстрел, все проделано было быстро. Когда я прибыл на свой наблюдательный пункт, командиры батарей доложили, что готовы к выполнению боевой задачи. Прибывший с заставы связной доложил, что немцы перешли на нашу территорию, имеются убитые и раненые.
К этому времени уже стало светло, и мы со своих наблюдательных пунктов увидели, что немцы по одному мосту переправляются на нашу сторону, а в другом месте наводят еще один. Спустя некоторое время была подана команда на открытие огня. Вся эта местность по берегу р. Сан была нанесена на топографические планшеты в батареях и дивизионах и проверена десятки раз с точностью до сантиметра, Мосты эти полетели в воздух. Подошли к этому времени и подразделения 206-го стрелкового полка».
На многих участках подразделениям 206-го полка пришлось с ходу контратаковать вторгшегося противника и занимать полосу своей обороны.
О 71-м гаубично-артиллерийском полке бывший помощник начальника штаба И. К. Курочкин при встрече с автором в 1968 г. рассказал: «Огонь открыли сразу, как только вывели батареи на огневые позиции по приказу командующего артиллерией дивизии полковника И. Д. Романова. Первой это сделала батарея под командованием лейтенанта М. П. Козютенко. Будучи на наблюдательном пункте, я слышал в телефонную трубку, как он командовал: «По врагам Родины, за завоевания Октябрьской революции огонь!» Нам было дано указание, чтобы снаряды рвались только на нашей территории... И когда немцы переправили на нашу сторону какую-то батарею на конной тяге, после короткой пристрелки от нее полетели только клочья».
Приступил к выполнению задачи и 1-й стрелковый полк (второй эшелон). Бывший начальник штаба 99-й дивизии С. Ф. Горохов сообщил автору: «В ночь на 22 июня я находился в расположении автобата дивизии (7 км от Мосциски). Оттуда сразу же с началом войны выехал на командный пункт 1-го стрелкового полка, который был поднят по тревоге. Но командир полка ждал приказа из дивизии о вскрытии мобилизационного пакета. Я его отругал, вскрыл ему пакет и приказал выполнять задачу, а сам поехал организовывать КП дивизии».
1-й стрелковый полк занимал свой район обороны под артиллерийским и минометным обстрелом, но вел его противник сравнительно вяло и не прицельно, поэтому полк с соблюдением маскировки достаточно быстро и без потерь окопался на обратных скатах высот восточнее города.
