И тот вышел на свет. Это был медведь, ходящий на задних лапах, с совиной головой, клювом и покрытыми перьями полулапами-полукрыльями. На концах этих конечностей были пальцы с острыми когтями, которыми существо нервно почесывалось.
— Приветствую всех, — прокаркал он сбивающимся голосом. А затем осторожно сел возле грифона.
— Я думал, вас будет больше, — оглядывая собравшихся, удивлено произнес Кигус.
— Такое время, — отозвался Леонардо, — кого-то с самой весны нет. Они на вольном выпасе, пока не наступят холода. А еще осенью многие уходят на долгие прогулки, чтобы как следует нагуляться пока еще тепло. Это нам, творцам, можно витать в собственном воображении…
— Русалка постеснялась, — пробасил великан, — я ей говорю — пошли, в бочке тебя притащу. А она не хочет!
Барон вдруг спешно зашагал к грифону и принялся с ним шептаться. Дух приключений, сильно напряг слух и едва смог расслышать их разговор.
— А он в отъезде, да? — тихо спросил хозяин замка.
— Конечно, иначе бы давно объявился, — буркнул Рукрус. После этого барон облегченно вздохнул и вернулся к своему месту. Кигус же ничего не заметил, а лишь отвлечено разглядывал собравшихся, а они в ответ разглядывали его.
— Рад наконец-то со всеми познакомиться, — осторожно начал свою речь герой, пока слуга разносил еду. Тот прикатил небольшую тележку, заставленную всякими разными блюдами. Каждому гостю досталось что-то свое.
— И мы тоже рады, — громогласно воскликнул великан, — все-таки у нас редко бывают посетители!
— Так, может быть, выпьем за знакомство? — Кигус подхватил бокал с вином. Но тут же осекся. Ведь у некоторых не было рук, чтобы поднять свою чашу, а у других и чаши не было, поскольку при их размерах нужна была целая бочка.
Однако его поддержали, кто как мог. Один из глаз Леонардо уставился на позолоченный кубок и тот сам поднялся в воздух. Великан попросил слугу принести ему небольшое ведерко. Даже грифон поднял деревянную чашку своей лапой. Совомедведь последовал его примеру. Один только Бармаглот смущенно наколол яблоко на коготь.
— Я вот фруктиком отмечу, — нервно смеясь, заявил он. Все присутствующие тоже усмехнулись, а потом выпили за встречу. Кто что.
— Скажите, а вы ведь уже известный герой? — спросил Леонардо, едва осушив свой кубок.
— Так сразу и не скажешь, — пожал плечами Кигус, — я стараюсь помогать людям, — произнес он и тут же поправился, — и всем кому требуется помощь.
— А что движет вами? — не унимался злобоглаз.
— Дух приключений, — заявил герой и спешно добавил, — еще сострадание и прочие такие вещи.
— Наверное, здорово это так странствовать и помогать всем! — воскликнул Йорик, — быть таким гордым рыцарем. Я часто об этом думал, когда размазывал очередного из них!
Странная компания засмеялась. Лишь Кигус сымитировал улыбку — ему как-то было не очень весело.
— Может быть, лучше прочитаешь один из своих стихов, Йорик? — вежливо вклинился барон, — к чему вспоминать былое?
— Ладно, почему бы нет! — взревел великан и гордо встал, едва не опрокинув стол, — стих по мотивам моей молодости!
Славный герой прибыл ко мне.
Издалека, с гербом на щите.
Но не увидит теперь его мать
Будет лишь шлем у пещеры лежать!
— Великолепно! — воскликнул грифон. Барон осторожно покашлял.
— Ну, неплохо, — прокомментировал Кигус, — и весело и грустно.
— Смех сквозь слезы, — отозвался Леонардо. Наступило неудобное молчание, так что собравшиеся приступили к еде.
Тут-то герой понял, о чём говорил барон. Потому что выглядели трапезничающие иные формы жизни весьма отвратительно. Такое зрелище могло легко довести до тошноты любого эстета. Совомедведь раздирал свою пищу лапами и склевывал кусочки с когтей, при этом громко щелкая клювом. Великан Йорик старался есть аккуратно, но из его огромного рта крошки и слюни летели во все стороны. Леонардо и вовсе очищал тарелку своим длинным языком. Грифон по-птичьи дергал своей головой, заглатывая куски своего ужина. Один только Бармаглот, пытался ковыряться в тарелке вилкой. Всё-таки набрался культуры от своего друга.
Впрочем, Кигус был не благородных кровей, а уж в деревенских тавернах и не такого насмотрелся. Поэтому тоже принялся за еду.
— Псс, слышишь? — прошипел дух приключений, — спроси у Леонардо про его работы. Он как всякий художник сразу будет болтать безумолку.
— Кхм, — герой решил последовать совету невидимого спутника, — Леонардо, а расскажите о своих работах.
И сразу понял, что попал в нужное место. Злобоглаз буквально поднялся к потолку от гордости. Он пустился рассказывать о своей технике, о правилах работы с камнем, о композиции и многом другом. Остальные лишь молча кивали, делая вид, что прекрасно понимают творца. Кигус даже пытался задавать вопросы, зачастую просто запоминая очередное мудреное слово. Всё шло хорошо, к герою привыкали, и вскоре общение должно было наладиться. Правда, вот только Рукрус ехидно поглядывал на гостя и явно чего-то ждал.
