Нет, речь не идет о не понравившейся премьере спектакля или неинтересном цирковом представлении. Они с Калининым как две савраски мотались по Москве в поисках ответов на многочисленные вопросы.
Были на квартире Анны Стоговой, заглянули к Марине Ульяновой, к ее отцу, к бывшему ее – Генке. И не застали вообще никого. Так ладно бы их неудача была связана с тем, что люди просто куда-то уехали отдохнуть. Или отправились за покупками. Нет! Анна Стогова, судя по записям с дворовых камер – а они их тут же просмотрели, зря, что ли, тащились через всю Москву, – села в свою машину и поехала вслед за серым седаном с заляпанными номерами. Добровольно поехала. И пропала!
– Два дня уже нет этой шалавы, – оповестила соседка Анны из квартиры напротив. – Два дня назад с утра отправилась на пробежку – вся в обтяжку. Вот вы мне скажите, какая нужда так себя обтягивать, а? Ты спортом идешь заниматься или зад свой демонстрировать?
– С пробежки она вернулась, и что потом?
– Вернулась. Потом вышла из подъезда вся расфуфыренная. К машине пошла. А там ее уже какой-то хахаль ждал. С ним поговорила. Головой своей покивала. В машину села и поехала за ним следом.
В этом они потом убедились, просмотрев записи с камер на пункте охраны микрорайона.
– И все, больше она не возвращалась? – спросил Калинин у соседки.
– Нет. Парковочное место ее пустое. А у нас тут, как вы успели заметить, все места пронумерованы. Она не бегала два дня. И дома ее два дня точно не было.
– А вдруг вы ее просмотрели? – сделала попытку Вика. – Анна могла вернуться ночью. И заболеть, к примеру.
– А машина где? – скептически ухмыльнулась соседка.
– Могла в автосервис отогнать. Вдруг сломалась? – пришел на помощь Вике Калинин.
– Новая машина сломалась? Она ее всего полгода назад купила. Хвасталась мне, – скрипнула зубами соседка. – Не было ее два дня. Поверьте! И просмотреть ее возвращение я бы ни за что не смогла. Эта шалава хлопает дверью так, что лифты вздрагивают! Сто раз ее просила дверь придерживать. Ржет как дура! Не было ее два дня…
В подъезде Марины Ульяновой история повторилась. С той лишь разницей, что домой она в пятницу после работы не вернулась. Телефон ее был выключен, как и у Анны Стоговой. Дворовые камеры видеонаблюдения ее возвращения из школы не зафиксировали.
– Поехали в школу, – скомандовал Калинин.
– Выходной же, – напомнила ему Вика.
– Охрана всегда на месте…
Охрана в школе оказалась менее сговорчивой, чем в жилищном комплексе Анны Стоговой. Пожилой охранник принялся капризничать, с сомнением рассматривая их с Калининым спортивные костюмы. Вика же последовала примеру коллеги и тоже вырядилась как в зал. Не помогли даже удостоверения, которые они охотно демонстрировали охраннику.
– Надо звонить директору, – надул щеки мужчина.
– Надо так надо. Звоните.
И Калинин оседлал пустующий стул рядом с пультом, давая понять, что не сдвинется с места без результата.
Директриса разозлилась на охранника и минут десять отчитывала того за излишнюю бдительность, не дающую ей покоя даже в выходные дни.
– Покажи им уже, Виктор, все, что они хотят! Ну что ты как маленький!..
Марина была остановлена кем-то не попавшим в обзор камеры видеонаблюдения. Она с кем-то говорила. Разговор вышел напряженным. А потом она исчезла, оставив свою машину на парковке.
– Машина и сейчас там? – вытаращился Калинин.
– Ну да. Парковка для учителей и сотрудников школы у нас частично перед школой, частично за зданием. Персональных мест не положено. Поэтому кто первым захватил место, тот и встал, где захватил. В пятницу Марине Александровне досталось место за школой.
– И машину можно осмотреть? – сделал попытку Калинин.
– Конечно можно. – Глаза охранника словно остекленели. – Если у вас есть ордер на это…
Ордера у них никакого не было. Они действовали по собственной инициативе. И явились в школу в выходной день в спортивных штанах. Что, конечно же, никак не впечатляло охранника. Хорошо, что согласился запись с камеры перекинуть на флэшку.
– Зачем тебе? – поинтересовался Калинин, когда они уже отъезжали от школы.
– Так… Хотела повнимательнее рассмотреть. Что-то мне показалось там. Может, просто блик. Может… Ладно, едем к ее отцу. Может, она у него?
Марины в городской квартире Ульянова не было. И самого его не было. Его помощник – старый зэк в наколках по рукам и шее – глянул на них с непонятной тоской и коротко проговорил:
– Нету Сани.
– А как с ним связаться? Может, вы позвоните ему и скажете, что…
– Не понял, майор? – перебил его, презрительно скривившись, мужчина. – Сани нет! Никто не знает, где он! Здесь нет. И в доме загородном нет тоже.
– Пропал? Или заболел? – не унимался Калинин.
– Ты, чую, из непонятливых, – покивал старый уголовник. – Как я могу знать, заболел он или нет, если не знаю, где он и что с ним?
– При каких обстоятельствах он пропал? – вставила Вика, тесня Калинина себе за спину.
– Вот! Девчонка по существу бакланит… – Зэк прошелся заскорузлой ладонью по заросшему подбородку. – Саня вышел на улицу в пятницу. Хотел к Маринке в школу съездить. Тревожно ему стало, после того как ее жениха ухлопали.
