– Майор Калинин прибыл для дальнейшего несения службы, – доложил он по форме. – Он же Сергей Иванович. Можно просто Сергей и на «ты». А можно и Серый. Как кому вздумается. Отзываюсь на все. В быту неприхотлив. К лотку приучен, как говорится.
Тут уж Вика не выдержала и фыркнула. И тут же свирепый взгляд Осипова достался и ей тоже.
– Подполковник Осипов. Роберт Николаевич, – представился он в ответ. – Начальник отдела, не признающий фамильярности, разнузданности и недисциплинированности. В случае несоблюдения дисциплины или игнорирования моих указаний, а вы этим славились на прежнем месте, майор, будет наложено взыскание. Вам все понятно?
– Так точно, товарищ подполковник, Роберт Николаевич, – вытянулся в струну Калинин.
Но Вика голову дала бы на отсечение, что тот прикалывается. Яркий рот Калинина продолжал выдавать ухмылки.
– В общем, знакомьтесь тут со своим напарником, майор, я к руководству.
Кому из майоров отдела Осипов адресовал свои слова, было непонятно. Уточнять они не стали. Да он и ушел через минуту.
– Ну что, красавица! – оскалил свой яркий рот Калинин в широкой улыбке. – Будем знакомиться? Я Серега.
– А я – майор Соколова. Виктория. И послушай, Сергей. – Она развернулась в кресле в его сторону, сделала строгое лицо. – Давай договоримся сразу, на земле… Никаких красавиц, красоток, лапусек и прочей хренотени! Мы напарники. Спина к спине, так?
– Давай так, – подергал он широкими плечами. – Если у тебя принципы, я не против.
– Мне плевать, против ты или нет, – заговорила она еще строже. – Балаганить будешь вне службы со своими девчонками.
– А ты ею не сможешь стать, нет? – Черные лохматые брови Калинина запрыгали вверх-вниз. – Такой вариант невозможен?
– Такой вариант исключен.
– А чего так?
И тут новенький, провалиться бы ему, лег животом на ее стол. Подпер подбородок локтем и уставил на нее очи свои бесстыжие. И что хочешь, то и делай! Вика решила, что надо встать и отойти, желательно подальше. Но почему-то сидела. И смотрела на него почти не моргая.
– А то! – наконец-то обрела она дар речи. И тут же принялась врать напропалую: – У меня парень есть, мы скоро поженимся. И вообще, ты не в моем вкусе.
– А что так? Какие тебе нравятся? Мажористые, пижонистые?
– Встань со стола, Калинин, – окончательно пришла она в себя и поморщилась. – И не будь таким навязчивым. Лучше расскажи, откуда перевелся, почему? Какой багаж за плечами? Репутация у тебя, прямо скажем, так себе.
– Да?
Он сполз с ее стола, сунул руки в карманы мешковатой кожаной куртки. Подошел к окну. Опершись задом о подоконник, уставился ей в переносицу.
– И что обо мне говорят? – спросил, растратив всю свою веселость.
– Ну… Что неуправляемый, скандальный, безбашенный. Что коллеги твои перекрестились, когда ты ушел, – врала она без зазрения совести. – Даже говорили, что ты переспал с женой начальника.
И он, что странно, не удивился ее последним словам. И, погрозив ей пальцем, проговорил:
– Это она со мной спала, а не я с ней.
– О как! А так бывает?
Вика поставила себе зачет за проницательность.
– И еще как!
– А все остальное?
– Все остальное брехня. – Калинин посмотрел на нее вполне нормально, без ухмылок. – Отпускать меня не хотели. Я ушел сам. И не из-за жены начальника. Они давно не вместе, если что. Я ушел, потому что мой напарник… В общем, ты все равно узнаешь. Он попал в беду. И я считаю, что из-за меня.
– Разбирательство было?
– И еще какое!
– Выводы сделали? Не в твою пользу?
– Как раз наоборот, майор. – Он вдруг резко отвернулся от нее к окну. – По результатам проверки я весь в белом. Но я-то так не думаю. И мой напарник… Он не должен был словить мою пулю.
– Он погиб?! – ахнула Вика.
– Нет. Он выжил. Но полгода по больницам. Кстати, он тоже меня не считает виноватым. Типа, сам нарвался. Я же его предупреждал, чтобы он не лез в тот гараж. Говорю, давай тяжелых дождемся, они проверят. Нет, что ты! На кураже! Ну и… Случилось так, как случилось. Он после ранения в дежурку пересел. А я… А я мимо той дежурки проходить не мог. Я должен был его за рукав схватить и остановить! Я был старшим по званию и возрасту. Вот так вот, Вика Соколова, бывает. И я тоже хочу с тобой прямо сейчас, здесь, на земле, договориться…
Калинин резко обернулся, серьезность сделала его лицо неузнаваемым. Рот сложился в тонкую линию. Глаза как два пистолетных дула. Подбородок заострился.
И увиденное ей понравилось, да. И даже пришлось себя одергивать и напоминать себе, что каких-то пару часов назад выставила за дверь своего парня. И ни о каких новых отношениях, тем более с этим клоуном, и речи быть не может.
Но засмотрелась же!
– Мы в одном звании, Соколова Вика, но я всегда старший. Это понятно?
– В смысле? – не сразу съехала она с романтических рельсов.
– Я старший на выезде. И это не обсуждается…
Нет, она хотела бы обсудить этот ультиматум, и еще как! И наговорить ему много неприятных слов. Чтобы не задирал нос, не брал на себя слишком много. Но не успела. Вошел Осипов.
– У нас труп, коллеги, – обронил он, ни на кого не глядя. – Собирайтесь. Группа уже в сборе. Ждут вас.
