…Мария получила приказ бомбить в районе Новороссийска артиллерийские и минометные батареи фашистов. Как только стемнело, она подняла самолет. Приближение к цели Маша ощутила по все чаще возникавшим взрывам зенитных снарядов. Вдруг Галина крикнула:
— Вижу самолеты врага…
Она и сама их хорошо видела: справа приближались два истребителя. Мелькнула мысль: «Успею ли?», и Мария, сделав резкий разворот, направила самолет на цель. По вздрогнувшему корпусу машины поняла, что бомбы пошли вниз. У самой земли она выровняла самолет и взяла курс на свой аэродром. Гитлеровцы промчались мимо и исчезли во мгле…
…Марии навсегда запомнился день 2 июня 1943 года. Подготовка к полету прошла, как всегда. Бомбардировщики в сопровождении истребителей направились к цели. Нужно точно выдерживать направление, высоту, скорость. Мария вела звено. Вначале все было нормально, как нормально бывает на войне. Но вдруг она попала в полосу плотного огня. Снаряды рвались справа, слева, вверху, внизу… Поступила команда увеличить интервал между самолетами: ведь в тесном строю маневрировать очень трудно, да и опасно.
Вдруг самолет Марии резко дернулся и его повело в сторону. Все было понятно — попадание в мотор.
Но второй работал. Натужно, тяжело… Скорость и высота падали. Летчицы звена Антонина Скобликова и Мария Кириллова, увидев, что самолет Долиной подбит, тоже уменьшили скорость и снизились — не оставлять же командира в беде. Минута… Еще минута… Нужно довести самолет до цели и точно сбросить груз. А зенитный огонь бушует по-прежнему. А вот объект. Сбросить бомбы — забота Джун. «Скорее, скорее, милая Джун, нам нужно срочно уходить», — в душе молит Маша. Наконец бомбы сброшены. Самолет легким толчком подбросило вверх. Можно возвращаться на свой аэродром. Но тревога не оставляет. Могут с минуты на минуту появиться «мессеры». И они появились. Их появилось много. Наши истребители старались защитить бомбардировщики, завязали бой. Прорвавшиеся фашисты пытались расколоть строй бомбардировщиков, расстрелять по одному. Летчицы шли крыло в крыло, защищаясь огнем пулеметов. Но вот загорелся самолет Антонины Скобликовой. А накал боя все нарастал. Внезапно наступила тишина — кончились патроны. Маша оглянулась на Джун — глаза у той растерянные и злые. А фашисты все наседают. И вдруг Мария ощутила сильный толчок, и почти сразу загорелся второй мотор — прямое попадание снаряда. А фашист пошел еще на один заход. Вот он ближе, ближе… Джун схватила ракетницу, разрядила ее прямо в лицо фашисту, и тот шарахнулся в сторону. Это произошло за какие-то мгновения. Девушки облегченно вздохнули. Но надо дотянуть до своих, хотя бы перелететь линию фронта. И он, горящий, все же пересек Кубань и устремился на свой аэродром. Летчицы и не подумали о выброске на парашютах. Мария, мобилизовав все свое мастерство, посадила машину в поле прямо на фюзеляж. Но выйти из горящего самолета было нельзя — дверь заклинило. И тут на помощь пришел стрелок-радист. Он буквально вытащил девушек через астролюк. Не теряя ни минуты, они отбежали в сторону. Раздался взрыв. Обгорелые, черные, перепачканные в саже, беспредельно уставшие девушки добрались до аэродрома.
Отдых, лечение и снова бои. Кавказ, Кубань, Прибалтика, Германия. До полной Победы. Такой боевой путь Марии Ивановны Долиной. Она совершила более 300 боевых вылетов, уничтожила большое количество боевой техники и живой силы противника.
В СТРОЮ НАВЕЧНО. Весь боевой путь младшего сержанта Владимира Дровника лежал от родного дома на запад. В тот октябрьский день 1943 года, когда наши войска освободили Новогригорьевку, Володя стал солдатом. Он принимал участие в боях по ликвидации плацдарма фашистских войск на севере от Цюрупинска, в штурме Перекопа, в освобождении солнечного Крыма.
Потом солдатская дорога повела пулеметчика через страны Восточной Европы в Германию.
В апреле 1945 года гвардейский стрелковый полк в числе других войсковых частей штурмовал город-крепость Кенигсберг. Враг оказывал отчаянное сопротивление нашим войскам.
