ПОКА НЕ ПОДОШЛА ПЕХОТА… Танковая бригада, расширяя прорыв, выбросила фашистов из города Жирардув. Но на подходе к Сохачеву враг встретил ее ожесточенным сопротивлением. Зенитные пушки врага, охранявшие аэродром, накрыли несколько машин.
— Кравченко, подавить! — услышал лейтенант знакомый голос майора Андросюка и ответил в микрофон:
— Есть подавить…
Лейтенант развернул взвод и повел на аэродром.
Взвод ворвался на аэродром. Солдаты, обслуживавшие его, попытались организовать сопротивление, но были уничтожены пулеметно-пушечным огнем. Прекратили стрельбу и расчеты уцелевших зениток, разбежалась охрана складов с боеприпасами и военным имуществом.
Лейтенант Кравченко доложил командиру батальона, что задание выполнено.
— Держитесь до подхода пехоты, — приказал майор. — Она отстала, будет завтра…
Наступила ночь. Заняв круговую оборону, танкисты прямо в машинах расположились на отдых.
Утром гитлеровцы, подтянув несколько самоходок, попытались отбить аэродром. Но танкисты выдержали их атаку, отбросили пехоту и подбили два «фердинанда». Не давая врагу опомниться, взвод перешел в контратаку и на плечах отступающих ворвался в польский город Сохачев, захватил четыре эшелона с военными грузами.
Владимир Ильич Кравченко принимал участие в прорыве вражеской-обороны на Одере, на подступах к фашистской столице, вел бои на ее улицах.
В мирные дни, до ухода в отставку, Владимир Ильич еще долго обучал боевому мастерству молодых воинов.
ПОЕДИНОК С ТАНКАМИ. В наступлении, особенно когда враг стремится перехватить инициативу, артиллеристам-противотанкистам работы много. Все время приходится отбивать танковые контратаки, вести дуэль с вражескими самоходными установками и прикрывать пехоту. От этого зависит успех боя. Значит, надо трудиться до седьмого пота, глядеть в оба, везде успевать.
И наводчик противотанковой пушки 220-го гвардейского истребительно-противотанкового полка Иван Яковлевич Красник успевал. Он вместе со всеми шел в бой, принимал участие в освобождении городов и сел от фашистов, приближал желанный час победы…
На батю, как ласково все называли 47-летнего сержанта-гвардейца, равнялись еще безусые воины, у него учились выдержке и отваге. А он всегда, даже в самые тяжелые минуты, сохранял спокойствие; только глаза иногда темнели да резче вырисовывались морщины у рта. Прицеливаясь, наводчик уверенно стрелял и удовлетворенно цедил сквозь зубы:
— Вот вам… Чтоб больше не бегали…
…26 июля 1944 года батарея гвардейцев занимала боевой порядок в районе белорусского села Кошели. Именно против него и направили свой главный удар гитлеровцы — бросили до пятидесяти танков. Фашистские машины пошли несколькими группами, намереваясь обойти батарею, окружить ее. А одна группа примерно из двадцати танков решила нанести удар прямо в лоб.
Ситуация сложилась тяжелая. Это понимал каждый гвардеец. И каждый знал: надо выиграть бой. Другого пути нет.
Сержант Красник не выпускал главную машину из прицела. Он будто прикипел к горячему от жары телу пушки, слился с ней. И когда до фашистского танка оставалось не более 400 метров, сказал: «Пора!»
Вражеский танк пробежал несколько метров и остановился, подставив артиллеристам бок. От второго снаряда он загорелся. Сержант начал искать новую цель…
Поединок артиллеристов с гитлеровскими танками разгорался. Огневые позиции затянуло дымом и пылью. Появились убитые и раненые. Но гвардейцы стояли. Вспыхивали все новые и новые фашистские машины.
Но вот на батарею поползли автоматчики.
Командир пушки крикнул:
— Осколочным! Быстро!..
Красник расстреливал фашистов почти в упор. Видел перед собой зеленые фигуры, которые, прячась в воронках, били из автоматов, и стрелял, стрелял…
— Вот вам. Чтоб больше не бегали…
