А мальчик рос. Рос в темноте и одиночестве. Отец изредка заглядывал к нему и наблюдал, как тот играет с лучшими игрушками, которые только можно было достать, или усердно учится. Бояна занималась с малышом ночи на пролет. Она научила его читать и писать и всегда хвасталась перед Остромиром тем, как легко сын его усваивает новые знания. Гордость грела надежду в сердцах посадника и наставницу. Проклятие отступало, мальчик рос здоровым и умным.
– В четыре года читать! Такой светлой головы на весь Боревич за сколько лет не упомнить – хваталась старшая знахарка.
– Коли так, надо бы и мечу его обучить и коню, – он обернулся к старухе, – справится ли?
– Справится, сынок. Только…
– О времени я позабочусь.
* * *
В доме посадника сон больше не властвовал. Днем крутилась прислуга, хозяин с хозяйкой занимались своими делами, стоял привычный гул, а к закату приходила Бояна. Для Малуши это был недобрый знак, она спешно отправлялась в свои покои и до утра не появлялась на глаза никому.
Ночами дом жил второй жизнью, где маленький хозяин набирался сил, осваивал меч и погружался в чтение книг. Но при каждой подвернувшейся возможности, даже крохотной, он рвался на второй этаж, в комнаты родителей. Ему всегда чуть-чуть не хватало проворства: Бояна в последний момент успевала сцапать его за уши и устраивала такой выговор, что о новых попытках приключений мальчик забывал на несколько дней.
– Бабушка, почему мама не заходит ко мне?
– Просто дай ей время. А коль будешь сильно-сильно стараться, придет обязательно.
– Я и так стараюсь!
– Ну с мечом может и да, а вот письмо твое… – она посмотрела на изрисованный разными закорючками лист и покачала головой, – оставляет желать лучшего.
И правда, Горазд, хоть опасался малыша и за обучение взялся исключительно по велению посадника, не мог не отметить его успехи перед отцом добрыми словами. Остромир, который до сих пор знал о достижениях сына лишь из рассказов, решил убедиться в них лично. Он приказал так: в пятый день рождения малыша все, кто жил и работал в доме, должны были начать подготовку к празднованию вечером, чтобы все было готово к последним лучам солнца.
И праздник состоялся. Когда обычно все уходили по домам, а именинник только просыпался, сегодня все случилось наоборот. Кухня шумела от приготовлений, задний двор озарялся светом горящих масляных ламп. Вкусно пахло чем-то сладким и даже играла музыка. Мальчишка встретил Бояну и обнял ее, закрывая свое лицо от смущения:
– Бабушка, да что же это? Это чудо какое-то? Откуда все?
– Сегодня, Ненаш, твой день рождения. Беги быстрее во двор. Тебя там ждут.
Белоснежный именинник , выскочил из дома и, оказавшись на крыльце, замер от восторга. В маленьком островке света на темной улице были: старик музыкант тихонько перебиравший струны на гуслях, он выглядел уставшим, зевал и останавливался чтобы смочить горло вином. Сонным воробушком на корточках сидел мальчишка младше самого Ненаша. Были и Горазд с женой, оба недовольные, они сидели за накрытым столом. Знахарка-ученица озадачено осматривалась, её поймали на улице и привели сюда для компании. На скамейках еще оставались места. Мальчик подсчитал их и убедился, что все сходится: места были ровно для мамы, папы, его самого и Бояны. Словно окрыленный, он слетел вниз и побежал в сторону мужчины, что стоял спиной к дому и общался с гостем.
– Батюшка-а-а, – завопил мальчик, упираясь в ногу посаднику.
Мужчина гулко посмеялся, подхватил сынишку под руки и поднял на вытянутых руках.
– Ну ка дай посмотреть на тебя.
Весь раскрасневшийся Мальчик смеялся и щурился, дергал ногами и сильно расставлял пальцы в стороны.
– Ну что? Готов получать подарки? – Ненаш быстро закивал.
Отец поставил сына наземь, взял у гостя сверток и достал из него меч. Как настоящий, но меньше. Острый и искусно сделанный. Ножны и рукоять украшены серебром и полупрозрачными белыми камнями, переливающимися разноцветными бликами.
– А как с мечом управляешь покажешь? А то мне тобой хвастались.
Не успел мальчишка налюбоваться подарком, как выхватил его и направил на отца.
– Покажу!
– Какой горячий нрав… ну что ж пойдем, – они отошли в сторону, где стояло чучело, – ну руби врага, – усмехнулся Остромир.
Ненаш, до этого справлявшийся только деревянным мечом, медленными неуклюжим атаками разил цель. Солома осыпалась на землю а руки быстро устали. Но он продолжал, не смотря на отца, не подавая виду, что силы поднять меч уже на исходе.
– Хорошо! – Остромир остановил сына, – очень ладно управляешься для своих лет. Есть чем гордиться. Он ободряюще похлопал ребенка по голове и направился к Горазду переговорить.
А мальчишка замер, он повернулся и посмотрел на двор где было много людей, они все здесь были ради него. И все пришли на его рождению, от чего на сердце стало очень тепло.
* * *
