— Ваша супруга здесь? Сейчас мы зайдем в ваш коттедж, заберем Клаву, и вы переночуете у меня. Как говорит мой друг Саранча, «во-первых, мы теперь соседи и будем дружить семьями». Я хочу познакомить вашу Клаву с моей Тамарой. А во-вторых, в вашем доме пока наверняка неуютно.
— Но…
— Не принимаю никаких возражений, где ваш коттедж?
— Да мы возле него.
— Ого, да мы действительно соседи.
— Тамара, накрывай на стол! У нас гости.
— Девочка, а где твоя мама?
— Клава, это не девочка, это моя супруга Тамара. А мама ее черт его знает где, в Афганистане где-то.
— О, Господи!
— Что «Господи»? Я трезв как стеклышко. А где эта шпионка Золушка? Золушка, ты что с волком сделала, живодерка?
— Пожилой следователь, а нажрался как свинья.
— А ты не осуждай, а неси закусь.
— Клава, вот вы наверно думаете, что я вашего мужу осуждаю. Да ни в жисть! Капитан мой заместитель, а как я на повышение уйду, или на заслуженный отдых, буду его рекомендовать на свое место. Честное пионерское, вот тебе крест! Он, конечно, молод еще, горяч. В тюрьму меня хотел, опять же, посадить, но это не главное. Главное — он службу правильно понимает, с преступными структурами сотрудничает, но интересы службы блюдет! Беспредел на корню пресекает! А то, что он с Олигархом, а я с Саранчой — так это случайность, могло быть и наоборот.
— Наоборот быть не могло.
— Почему не могло? Объяснитесь, Капитан. Только не думайте, что я пьяный. Меня чуточку пошатывает, но соображаю я ясно, вы же знаете.
— Это вам, пожилому следователю, абсолютно все равно, с какой преступной группировкой иметь дело, а мне нет. С Олигархом я сотрудничать могу, а с Саранчой нет.
— Это почему же? Клава, не стесняетесь, располагайтесь. Сегодня вы ночуете здесь, а на завтра вы приглашаете меня в гости, дом покажете. Так почему же, Капитан, вы в принципе не готовы сотрудничать с Саранчой? Или вы считаете, Капитан, что Олигарх меньшая мразь, чем Саранча?
— Я не перехожу на личности, я говорю о принципе. Организованная преступная группировка Олигарха — это русская группировка. А Саранча — это лидер этнической, не русской группировки. Он неизбежно становится лидером общины, в данном случае выходцев из Узбекистана, и неизбежно будет заниматься как увеличением количества узбеков в городе, так и увеличением влияния этой общины на все сферы жизни Скова. И то, и другое в ущерб русским. И потому с Саранчой я не буду сотрудничать в любых обстоятельствах. Даже если мое положение станет безвыходным — я просто уволюсь из органов. Проживу как-нибудь.
— Такой текст надо с трибуны зачитывать, но обязательно с подвыванием, Капитан… А Олигарх, по-вашему, защищает русских?
— О чем вы, пожилой следователь? Вы хотите, чтобы русские «свободно» конкурировали с народами, имеющими кланово-мафиозные вековые традиции и подпитку от зарубежных диаспор? Так это лохотрон называется, а не государство.
— Да, Сегодня Родину любят все, только все в разные места. А, по моему мнению, Капитан, с нац-патриотизмом в нашей стране надо аккуратнее, тут вам не центральная Европа. В России у каждого второго есть в родственниках инородцы. Если каждого русского «копнуть поглубже», там непременно окажется кто-нибудь или черненький, или косоглазенький, или желтопузенький, или с носиком. А автономии? К примеру, в Якутии недавно произошло большое и светлое событие. Мне о нем рассказывал выходящий на заслуженный отдых тамошний пожилой следователь. Впервые со времен Ермака количество якутов в Якутии превысило 50 % от всего населения. Якутия, кстати, может кормить себя более чем успешно. Только алмазов там столько, что республика Саха может жить как Кувейт. В органы охраны правопорядка в настоящее время не якутов практически не берут, и это правильно. Европейское население в республику Саха тает как снег под ярким солнцем. Климат плохой, перспектив для не коренной национальности никаких, да еще и якутский язык учить заставляют. Вот вы, Капитан, месячный отчет по подростковой преступности до сих пор не подали. Времени нет, понимаю. А теперь представьте себе, что со следующего месяца я вас обяжу писать этот отчет на якутском языке. Ну, как тут не уйти на заслуженный отдых?
— Это еще раз доказывает, что я прав, пожилой следователь. В России русский язык должен быть единственным государственным языком, все остальные на уровне воскресной школы, не более. И никаких национально-территориальных образований, все это рассадник сепаратизма. Административное деление должно быть таково, чтобы русских было всюду большинство. А тем, кому это не нравиться, я могу предложить гробы из ценных пород деревьев.
— Капитан, да вы так все леса на Руси так повыведете. Знаете ли вы, голубчик, что, согласно переписи 2002 года, у нас девочек от 0 до 9 лет меньше, чем старух от 60 до 69 лет?
— Ну и что? Вы что, предлагаете всем миром скинуться на «Виагру»?
