— Зина, ты украшаешь вход в мой кабинет, и это одна из причин, из-за которой ты здесь работаешь. Но в кровать ни к кому я тебя не подкладывал, тут ты меня не в чем упрекнуть не можешь. Теперь на счет твоего увольнения. Извини девочка, но я тебе этого сделать не позволю. Если ты отсюда уйдешь, то не рынок торговать, а на нары баланду хлебать.
— Почему так строго?
— Причин несколько. Прежде всего, потому, что доверяю абсолютно. Другого такого человека мне сразу не найти. Плюс к этому работница добросовестная, аккуратная, кабинет собой украшаешь, что не тоже не маловажно. На крючке ты у меня сидишь, опять же. И квартиру хорошую тебе организовал, и посадить тебя могу. Политика кнута и пряника, так сказать. Вот и все, пожалуй. А почему органы тебе противными стали? Что твоему взору открылась при их ближайшем рассмотрении? А может, кто навалился тяжелыми погонами и необъятно жирной тушей? Так ты скажи, не руби с плеча. Может, вместе подумаем. У нас действительно с этим бардак последние этак лет сто, а ты девка аппетитная, но ведь всюду так, при чем тут органы?
— Да при чем тут это! Душа каждого человека бесполая. С мужиками я сама разберусь. Хотя и менты наши… «Дорогая, ты платье не одевай пока, я тут быстренько сбегаю, помою своего шарпея». Не эстет, но аккуратный хотя бы.
— Лейтенант Волков!? Да у него же жена молодая, недавно в роддом отвез. Наверно потому и не сдержался, кобель.
— Еще чего! Причем тут лейтенант Волков?
— Я ему недавно сам щенка шарпея подарил. Не эстет он, это правда, но аккуратный. Лейтенант Волков, я имею в виду. Зина, так что тебя так расстроило, собственно говоря?
— Был погром. Толпа бритоголовых громила цыганский поселок. Убили ребенка, кого-то избили, что-то поломали. А милиция? Капитан позаботился о том, что бы милиция случайно не среагировала. А что же пожилой следователь? А безвольный пожилой следователь, маскируясь «слезой ребёнка», мирно и к взаимной выгоде договаривается с Капитаном. Действуя в рамках этой договоренности, пожилой следователь берет банду торговцев наркотиками в цыганском поселке, о чем с гордостью доложил по начальству, застенчиво рассказал корреспонденту «Сковской правды», отчитался перед губернатором. Чем сорвал обильные аплодисменты. И, согласно этой же договоренности, пожилой следователь закрывает глаза на погром, устроенный одними российскими гражданами против других российских граждан в связи национальной принадлежностью последних. Делая все это с подчеркнуто незамысловатым выражением лица, что характерно.
— Ну уж и погром. Не обычное убийство из хулиганских побуждений, а неизвестное произведение Хичкока какое-то. Неслыханный в уголовной практике случай — Отелло рассвирепело и задушило Дездемону. Машинист поезда и сам не мог толком объяснить, как очутился на Анне Карениной.
— Не паясничайте. Не хотите мне отвечать — это ваше право.
— Как скажешь, куколка. Хочешь серьезно — могу серьезно. Россия — не Европа, у нее особенная стать. До этого в России побеждали только революции Великие Октябрьские и исключительно Социалистические. Как бы снова не произошла такая. Мы такого просто не переживем. А бархатных революций у нас пока не было, и, судя по всему, не будет. На это счет иллюзий у меня нет. Никакие страны не застрахованы от революций, особенно если они тщательно готовятся за рубежом. Одно плохо, иногда революционеры выходят из под контроля, и устраивают такое, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Боюсь, что у России возможен только такой случай. Такого, чтобы медведь выкопал яму под пальмой, открыл пасть, засунул в неё лапу и упал в зимнюю спячку, у нас не будет. Так что раздувать этот случай я не собираюсь, ты уж меня извини. Было убийство ребенка из хулиганских побуждений. Милиция ищет виновников. Все, больше ничего не было.
