— Это в вас, Елена Юрьевна, наркоманская солидарность вновь голову подняла. Аптекарь, оставь ее без сладкого на пару дней. А я не костоправ-проктолог, как вы изволили высказаться, а, к вашему сведению, потомственный дипломат чичеринской школы.
— Ну, Челюсть, что у нас творится на рынке наркотиков после завершения операции «Шприц»?
— Как Мамай прошел. К хору поздравлений — и мой скрипучий голос. В 1348–1349 годах по Европе свирепствовала эпидемия черная оспы. Вымерло четверть населения континента. Виновными были обвинены евреи. Погромы прокатилась по всей Европе.
— Челюсть, а к чему это вы евреев вспомнили? Да еще в контексте с черной чумой?
— А как же без них болезных? Милиция в течение нескольких дней проводит повальные аресты розничных торговцев наркотиками по всему городу. Хватают всех под ряд: моих и Олигарховых, цыган и глухонемых, сковских и залетных. От продавца секс-шопа «Всё для будущих мам» и до манерного рифмоплета с глазами подернутыми поволокой. Ну, всех! В полный рост встает законный вопрос — кто сдал? Если берут людей, как-то связанных друг с другом, то здесь все понятно. А когда хватают людей из разных бригад, даже одиночек, мало с кем связанных? Есть вещи, существование которых не подлежит сомнению: Москва — столица будущих Олимпийских игр, мухи — разносчики инфекций… Вопрос о том, кто их сдал, без теории жидо-масонского заговора объяснить невозможно. Может быть вы, пожилой следователь, прольете мне свет на произошедшее?
— Не в моих правилах, Челюсть, рыбные места выдавать! К тому же я давно обратил внимание на то обстоятельство, что уголовный мир мельчает не только морально, но и физиологически. Реальные события жизни объясняют химерами, даже любовниц заводят меньше чем раньше. Допрашивал недавно одного. «Чем Вы зарабатываете на жизнь?», — спрашиваю. «Выбиваю лишние зубы у прохожих». После чего делится своим недавним опытом в деле потери девственности. При этом заявляя: «Секс — это хорошо. Но только с самкой человека!». А самого три ходки, уже за тридцать перевалило.
— «Что женщина? Всего лишь мясо в тряпках…», — Омар Хайям сказал, между прочим. И потом, хорошая женщина — это всегда дорогое удовольствие. Ей нужно бриллианты дарить, в Макдональдсы водить. А жизнь такая тяжелая. Фекалий в ней много, и моральных и реальных. Может быть оттого деньги есть не у всех. И потом, есть у самок человека, как удачно выразился ваш знакомый, странное явление природы под названием «оргазм». Но не у всех и не всегда. А это очень влияет на их брачное поведение.
— Не надо все так драматизировать, Челюсть. Есть поборники дешевого секса, и их не так мало. Иной нежно вылавливает блох из лобковых волос, приговаривая при этом: «Ты моя паршивенькая, я только сейчас заметил, как красиво ты подо мной лежишь», и больше ему ничего не надо.
— Но, с другой стороны, любовница — это часть статуса успешного мужчины. Взять меня к примеру. С каждым годом я всё больше люблю свою жену. Я уже не космонавт, что бы к звёздам тянутся за светом, я простой лесник и греюсь и освещаю свой путь костром. Мне нравиться моя Ира с ее фигурой и выпечкой, но иногда это обстоятельство вызывает насмешки.
— Челюсть, вы мужчина в полном расцвете сил и опыта, вам эти приключения на колхозном поле ни к чему. Вот у меня, к примеру, в свое время была романтическая встреча с моей Тамарой Копытовой. В тот же день последовала капитуляция и, как следствие, дефлорация, и с тех пор меня ни разу не тянуло на сторону. И я не вижу в этом ничего зазорного.
— Давайте оставим на какое-то время вопросы любви и дружбы, пожилой следователь. Согласитесь, должен же я уберечь как-то своих людей от арестов, иначе работать невозможно. Раскройте свои рыбные места, поделитесь хотя бы частью информации о том, как вам удалось взять такую массу народу.
— Учтите Челюсть, если эта информация ушла наружу, значит, она ушла только от вас.
— Доверчиво открываю рот.
