– Есть, полковник. – Он отдал честь, и Урбина ответил тем же, прежде чем окончательно исчезнуть из вида.
– Думаю, мне удалось установить, где держат Номада. – Мидас нарушил молчание, длившееся несколько часов.
– Каким образом? – В голосе Холта звучало скорее любопытство, чем надежда.
– Третье здание слева. Сборное. Охранники перед входом. Я видел, как туда пару раз приносили еду. Только что охранник вынес ведро, а затем вернул обратно.
– Это может быть как Номад, так и заложники, – сказал Уивер. – Как ты определил?
– Еда была для одного, а не для двоих. – Мидас сделал паузу. – Вообще-то это странно. Я не видел, чтобы еду носили куда-то еще. Только в это здание.
– Одно из двух: либо заложников кормят вместе с солдатами, либо ситуация становится все интереснее и интереснее. – Теперь пришел черед задуматься Уиверу. – Другими словами, заложники либо мертвы, либо перемещены куда-то, либо наказаны. В двух случаях из трех это значит, что нам здесь остается только Номад.
– Ты уверен, что видишь то, что есть, а не то, что хочешь видеть? – уточнил Холт. – Я понимаю логику, но она в то же время чертовски удобна.
– Продолжай наблюдать за штабом. Как обстановка?
– Гости заходили в здание, где, предположительно, находится Номад, пару часов назад. С тех пор сидят в штабе. Самолет как раз сейчас заправляют, а на полосу выставляют освещение. Полагаю, они собираются улетать ночью.
– Выяснил, что за гости?
– Только крепыш. Парня зовут Джерри Брукс из Оклахомы. Большая шишка в Caton Oil. Возглавляет их новое проектное подразделение.
– Ты это через спутник выяснил?
– Нет. Вспомнил, что его компания размещала платформы недалеко от побережья Луизианы.
Одна из них отрыгнула пару тысяч галлонов сырой нефти на мой любимый пляж. Он тогда прикатил – целовал руки, нянчился с детишками, а заодно и подписал пару чеков, которые обеспечили ему положительные проверки состояния окружающей среды. Если он здесь, это неспроста.
– Принято. А телохранители?
– Их выдают нашивки на форме. Частная военная компания «Вотчгейт». Известные ребята в нефтяном бизнесе. У них полно контрактов на защиту скважин и заводов в неспокойных странах.
– Сложно себе представить место неспокойнее этого. И, кажется, я понял, почему болван, которого ты прихватил в первом лагере, говорил по-английски. Мидас, что у тебя?
– Охранник только что вернулся в здание. Подтверждаю визит. Продолжительность – порядка десяти минут. Смена каждые четыре часа. Этому осталось еще около часа.
– Вот и наша возможность. Ладно. Весь лагерь мы не одолеем. Значит, нам надо отвлечь большую часть его обитателей. Например, чертовски большим пожаром. Мидас, пора вам с Холтом поменяться местами. Я хочу, чтобы ты нашел и оценил все, что выглядит огнеопасным. Начни с цистерны. Если получится обнаружить оружейный склад, переключайся на него.
– Разве они не будут ждать именно этого после операции по спасению Кротти?
– Если они предположат, что мы собираемся повторяться, то будут ждать беспилотников и ЭМИ. Я же хочу перейти сразу к главному блюду.
– Как скажешь, – с некоторым сомнением ответил Мидас.
– Сами, черт возьми, виноваты, раз выставляют хорошие вещи на общее обозрение.
Мидас не сдержал ухмылки:
– Выдвигаюсь.
– Холт, мы с тобой пойдем за Номадом. У нас есть схема движения патрулей, так что осталось только преодолеть проволочное заграждение. Как только мы будем внутри, Мидас устроит иллюминацию. Мы заберем Номада и отойдем в джунгли, затаимся там, пока не появится возможность вернуться к лодке.
– Ты же понимаешь, что, если что-то пойдет не так, нас поимеют? – Холт говорил как будто беззаботно, но в его голосе слышалось напряжение.
– Да, я в курсе, – ответил Уивер. – Но то же самое можно сказать про любую операцию.
– Ага, только шансы у нас чуть ниже, чем обычно. Ни подкрепления, ни вертушки, обеспечивающей эвакуацию, численное преимущество не на нашей стороне, у них прикрытие с воздуха, а нас даже на одного меньше, чем обычно. Как-то все это не похоже на секрет успеха.
– Хватит ныть про наши шансы, Холт. Предложи способ их повысить, но если не можешь, так хотя бы не усугубляй ситуацию, выводя меня из себя.
– Я просто высказался, – посетовал Холт. – Прости.
– Все нормально. Ты выпустил пар. Просто давай не будем разбираться с этим прямо сейчас, ладно?
– Ага. – Холт помолчал. – И все-таки мы в заднице.
– Так расслабься и получай удовольствие, – примирительно заключил Уивер. – В итоге, у тебя есть какие-то предложения или мы выдвигаемся?
– Я придержу их до части «выбираемся отсюда». Если шанс, что мы сможем… Срань господня, я глазам своим не верю.
– Я тоже вижу, – подал голос Мидас. – Я бы назвал это визуальным подтверждением.
– Подтверждением чего?
– Номад только что вышел из здания, в котором его держали. Выглядит он паршиво.
Первейший долг любого пленника – сбежать.
Номад, как и все остальные, прекрасно знал эту мантру, хотя до сих пор не имел шанса применить на практике. Теперь же он наслушался Урбины достаточно. Пора было выбираться. Сложность состояла в том, что он до сих пор не очень хорошо представлял, как именно.
