– Может, вы уже прекратите вылизывать друг другу задницы, а? – Хьюм напрягся и сел; он был весь покрыт пылью, на лбу красовалась здоровенная ссадина, но в остальном он выглядел вполне целым. – Потому что наверняка парни со свалки нас слышали.
Номад оглянулся. Группа боевиков приближалась к их позиции. Офицер уже выкрикивал приказы.
Хьюм посмотрел на него, а затем мотнул головой в сторону гостей:
– Обеспечишь нам время, чтобы я окончательно откопался? Затем мы с ними разберемся.
Сальваторе кивнул:
– Разберемся. Ты с нами?
Номад не ответил, лишь прицелился в ближайшего боевика и открыл огонь. Когда же грянули ответные выстрелы, в его голове почему-то звучало: «Хорошо ведь работать в команде, да?»
Проблема заключалась в том, что Эрнан был молодец. Он был дисциплинирован и профессионален, так что едва ли его получилось бы обмануть дешевыми трюками или внезапными просьбами о помощи.
Номад сменил позицию, и плечо тут же прошило резкой болью. Он потрогал кожу вокруг раны. Она была горячей, а значит, внутри крылась инфекция, что почти наверняка грозило проблемами в бою.
Он дошел до угла и забрал ведро. От него слабо пахло, и эта вещь явно изначально предназначалась для других нужд. Рукоятка была сделана из металла, но все остальное – из жесткого пластика. Ведро было достаточно тяжелым, чтобы ударить, но едва ли с его помощью можно причинить серьезный вред. Впрочем, других вариантов все равно не было.
Номад аккуратно перенес ведро к стулу, а затем сел и, несколько раз глубоко вздохнув, чтобы сосредоточиться, принялся возить пластиком по бетонному полу. Звук получился достаточно громким, чтобы привлечь внимание, и достаточно необычным, чтобы вызвать интерес. На то и был расчет.
Он повторил движения пару раз. Реакции не последовало. Ни одного намека на то, что Эрнан что-то услышал. Досадливо поморщившись, Номад постучал ведром по ножке стула, а потом опять повозил им по полу, на этот раз громче.
– Что за херня? – послышался раздраженный голос Эрнана. – Что у тебя там происходит?
– Какое-то животное залезло, – откликнулся Номад. – Может, зайдешь и посмотришь, пока оно не расплескало дерьмо по всему полу?
– Ха. Тебе в дерьме самое место.
– Только убирать-то его потом тебе, а не мне, – парировал Номад.
– Ублюдок. – Дверь медленно открылась, и Эрнан вошел, держа пленника на прицеле винтовки. Увидев, что Номад по-прежнему сидит на стуле, а его руки по-прежнему за спиной, он слегка расслабился. – Так что за животное…
В этот момент Номад вскочил, выхватывая ведро из-под стула за ручку. Он размахнулся и врезал импровизированным оружием по стволу винтовки, отбивая его в сторону, а когда Эрнан рефлекторно отступил на шаг, резко дернул рукой обратно, теперь уже нанося удар охраннику в челюсть.
Тот покачнулся, и одна его рука соскользнула с оружия. Номад оценил это как удачную возможность. Отшвырнув ведро, он ударил по винтовке локтем, и та вылетела из рук Эрнана, с металлическим лязгом упав на пол.
Вместо того чтобы попытаться вернуть оружие, охранник бросился на Номада, нанося серию быстрых ударов с явной целью попасть в раненое плечо. Номаду удалось заблокировать два выпада, но третий попал в цель, и его неуклюже мотнуло из стороны в сторону.
Эрнан тут же попытался развить успех, оттесняя Номада градом ударов.
– Наконец-то, – процедил он, – ты сам подарил мне возможность убить тебя. Пожалуй, мне стоит сказать спасибо!
Он попытался нанести широкий удар справа, с разворота, но Номад качнулся вперед и перехватил руку Эрнана, переводя инерцию удара в бросок. Охранник потерял равновесие, а «призрак» рванулся к винтовке. Он схватил ее как раз в тот момент, когда Эрнан вскочил на ноги и выхватил пистолет из кобуры. Теперь они кружили по комнате, держа друг друга на мушке.
– Это тупик. – Номад коротко кивнул в сторону двери. – Если хочешь жить, позволишь мне уйти отсюда. Если нажмешь на курок, погибнем оба.
– Не думаю, – ответил Эрнан и вдруг швырнул пистолет в голову «призрака».
Номад почти успел уклониться, но пистолет по касательной ударил его в правый висок. Ничего серьезного, но это дало Эрнану возможность буквально наброситься на него, сминая своим весом.
«Призраку» не хватило мгновения, чтобы выставить винтовку, когда они столкнулись и рухнули на пол. Номад приложился головой о бетон так сильно, что перед глазами поплыло от боли. Эрнан этим тут же воспользовался, наваливаясь сверху и зажимая предплечьем горло противника. Хрипя от удушья, Номад умудрился вывернуть винтовку и врезать прикладом по чужим ребрам – раз, другой, а на третий этого наконец хватило, чтобы перекатиться и поменяться местами.
Эрнан отцепился от его горла, но тут же нанес подлый удар в раненое плечо. Номад почувствовал, как что-то лопнуло – может, повязка, может, то, что было под ней, – и по рубашке начало расползаться пятно крови. Почти сразу он почувствовал, что рука стала слабеть, а пальцы – терять чувствительность. Если он хотел выйти победителем из сложившейся ситуации, действовать надо было быстро.
