— Да что вы говорите! — саркастически воскликнул гоблин, заставив Моргана прикусить язык. — Так вот, до недавнего времени всё было хорошо. Мастер Вордон отлично справлялся со своими обязанностями, пока в один прекрасный день не покинул нас, отправившись на встречу с богами. А вот его детки, вместо того чтобы продолжить работу отца, принялись активно делить наследство. Мастерская встала, а работники разбежались. Разругавшись вусмерть, эти балбесы решили мастерскую продать, но цену выставили такую, что никто не захотел её покупать. В итоге они продали мастерскую городу, поделили деньги и разъехались, кто куда. А мы остались с мастерской, но без продукции.
— А в чём проблема? — удивился Морган. — Наняли бы людей и открыли производство сами.
— Интересно, вот ты такой умный, потому что перерождённый, или переродился, потому что умный? — поинтересовался мэр, ехидно прищурив глаза. — Естественно, мы так и собирались сделать. Проблема в том, что работать некому. Как я уже говорил, все опытные работники разбежались. Плюс ещё этот идиотский закон, по которому управлять мастерской может лишь член гильдии рангом не ниже подмастерья. А подмастерьев-лукоделов в городе сейчас всего двое, не считая тебя, и оба решили, что хотят работать на себя, а не на город. Даже этот неудачник Хили. Бегает сейчас по округе, пытаясь собрать деньги. Никак не поймёт, что никто не будет занимать неудачнику.
— Побегает месяц-другой и передумает, — меланхолично буркнул Харм.
— Нет у меня месяца! Я и так с трудом упросил герцога подождать до следующего года! — взорвался гоблин, стукнув кулачком по столу. — А мастерскую ещё привести в порядок надо!
— Ладно, суть проблемы я уловил, — вздохнул Морган, мысленно прикидывая, что именно может стрясти с мэра и города Шундаран. — Предлагаю перевести разговор в более конструктивное русло и выяснить, что мы можем друг другу предложить.
— Вот это другой разговор! Поддерживаю! — гоблин растянулся в широкой ухмылке. — Давай выясним…
-
1. На самом деле, легенда о Зелёном рыцаре довольно известна и в наши дни. Главным образом благодаря поэме XIV века «Сэр Гаве́йн и Зелёный Рыцарь» (англ. «Sir Gawain and the Green Knight»), автор которой неизвестен, а также её многочисленным литературным и киноадаптациям, не считая огромного количества отсылок. Которых, кстати, не чурался и сам Джон Р. Р. Толкин. Зелёный рыцарь, он же сэр Бертилак, как-то заявился в Камелот, где предложил рыцарям круглого стола небольшое пари — кто-то из присутствующих наносит ему сейчас один удар топором, а ровно через год и один день Зелёный рыцарь наносит ответный удар. Пари принял сэр Гавейн, одним лихим взмахом лишив спорщика головы. Однако тот, как ни в чём не бывало, поднял отрубленную голову, напомнил юному рыцарю об условиях пари и удалился восвояси. Собственно, данная поэма рассказывает о том, как сэр Гавейн явился к Зелёному рыцарю в замок за ответным ударом, где подвергся трём испытаниям. В конечном итоге, пари сэр Гавейн выиграл, а также сохранил честь, не поддавшись на все попытки соблазнения, которые предпринимала жена сэра Бертилака, но нарушил своё слово, оставив у себя зелёный пояс — подарок леди Бертилак, даровавший носителю неуязвимость. Проще говоря, Гавейн вроде как молодец, ибо пари выиграл и честь дамы защитил, не сдав её мужу, но получил техническое поражение, поскольку обязался отдавать все свои трофеи сэру Бертилаку, а вместо этого зажал пояс. Тот факт, что выжил он только благодаря поясу, вполне очевиден, но каждый может трактовать его в меру своей испорченности — среди благородного люда в то время считалось, что лучше опозориться самому, чем опозорить честь дамы (в чём типа и состояла ловушка), зато сегодня многие воспримут это как гнилую отмазу.
Вторую осень своей новой жизни Морган провёл в бесконечных хлопотах и единственно, что он мог сказать в своё оправдание — виноват в этом был не только он сам, но и мэр Шундарана. Самое обидное, первое время орк наивно полагал, что остался в выигрыше, переиграв ушлого мэра на всех фронтах. Для начала, цену на мастерскую удалось сбить до трёхсот крон. После чего ему сразу же предложили заказ от лица герцога суммой те же самые триста крон, на изготовление двухсот луков и ста арбалетов в течение одного года. От которого, впрочем, Моргану хватило ума отказаться. Точнее не отказаться, а перенести его заключение на тот момент, когда мастерская таки заработает.
