Несмотря на все старания Ненны, даже пустившей в ход немного магии, рыдания Арьяты стихли не скоро. Всё ещё всхлипывая, она лежала на удобном низком диване, упокоив голову на коленях своей старой воспитательницы, сейчас осторожно гладившей принцессу по волосам, словно в детстве, когда непоседливой Арьяте частенько доставалось за дерзкие шалости и она убегала плакать к Ненне.
– Ничего я не знала, ягодка моя милая, ничего, далеко была, далеко ходила, по дальним морским пределам, чудес насмотрелась, а про дела домашние забыла. Вернулась – и прямиком сюда, звериными тропами да мышиными норами. Города обходила, ни к чему мне в те города, дурной там народ, не в пример двору батюшки твоего, его королевского величества, там-то все исправно вежественны были; так вот и не знала ничего, и из братьев моих, чародеев, никого ещё не встретила, и Пещеры Ортана пустыми стоят, сама видишь…
Так утешая, успокаивая Арьяту, неспешно говорила, почти что напевала старая волшебница. Лицо её избороздили морщины, спина согнулась под гнётом немалых лет – но глаза были по-прежнему ярки и остры, и взгляд их проникал в самую суть окружающего и происходящего. Она произносила слова, гладила принцессу, но мысль её была сейчас далеко. Что делать? Как помочь несчастной беглянке? Как одолеть Чёрный Орден, который уже столько веков все мнили непобедимым?..
– Ну вот ты и успокоилась, умылась, сейчас поедим с тобой, да и станем его королевское величество, батюшку твоего, значит, разыскивать, – молвила наконец Ненна, со вздохом поднимая со скамьи своё большое, грузноватое тело.
Она взяла принцессу за руку, точно девочку, – и Арьята, бесстрашная Арьята, сражавшаяся в страшном рукопашном бою с лучшими воинами Западного Хьёрварда, с безжалостными и коварными койарами, покорно пошла за Ненной, словно разом лишившись и сил, и строптивости. Она не позволяла водить себя за руку с самого раннего детства, отстаивая своё право ходить так, как вздумается.
Магические приготовления Ненны не отличались сложностью; колдунья была не из сильнейших и не владела, подобно Дор-Вейтарну, какими-либо заклятиями из арсеналов Стихийной Магии. Весь её колдовской инструментарий умещался в небольшом кожаном мешочке, да и то, по правде говоря, пользовалась им Ненна только в силу старой привычки. Вот и сейчас перед ней появилось несколько кусочков отполированного дерева разных редких пород – сандалового, чёрного, розового, красного, лёгкой как пух заморской бальзы из Южного Хьёрварда и тяжёлого, точно камень, железного дерева с дальних островов, затерянных в закатном океане. Пальцы Ненны неторопливо перебирали гладкие деревяшки, и волшебница бормотала при этом:
Неуклюжие эти вирши, конечно же, не играли никакой роли в настоящей магии, но они помогали Ненне, когда она плела заклятья. Дальнейшее было уже во многом знакомо Арьяте – волшебница как-то показывала ей заклятье розыска, однако у самой принцессы, конечно же, не хватило бы умения применить его толком.
Между пальцами волшебницы, задумчиво перебиравшими разноцветные кусочки дерева, медленно потёк лёгкий серебристый туман. Арьяте почудилось, что в этих колыхающихся струйках лунного света она видит очертания городских каменных домов, просторную Ратушную площадь… Это не походило на проклятый Неллас, скорее смахивая на столицу.
Ненна тем временем всё глубже и глубже погружалась в отрешённое созерцание. В отличие от Истинных Магов ей для розыска приходилось отправляться в Астрал, сливаясь там со своим двойником, чтобы попытаться оттуда найти предмет поисков. Опасное, ненадёжное, далеко не всегда удающееся занятие, но ничего другого для поиска пропавшего смертные колдуны по-прежнему не имели. Их наставники из Замка Всех Древних ревниво охраняли свои секреты, вдобавок очень многие из их заклинаний были просто не по силам волшебникам-людям.
