— Кто знает… Утром, когда мы еще летели, я видел два-три, а сейчас… — сказал третий из их группы. Если даже и примут наш SOS, не они же сами к нам поспешат. Пока дойдет очередь, то да се… К тому же этот участок уже дней пять или шесть как закрыт, считается, что отсюда все уже вывезены.
— Тогда, может, лучше перебраться через вершину на другую сторону горы? — спросил тот, что крутил рацию. — На той стороне больше шансов на появление судов или вертолетов.
— Ну, если даже и переберемся, все равно много времени пройдет… — Катаока оглядел сидевших на земле женщин и детей, совершенно обессилевших, онемевших от усталости. Слышался только слабый плач младенца. — Мы и одни нескоро туда дойдем. Попробуйте все же дать позывные на волне SOS.
С северо-запада доносился беспрерывный грохот, склон горы содрогался. Наверное, это извержение Нантай и пика Сяка-гатакэ вулканического пояса Насу, подумал Катаока.
— Дорогу-то завалило, обвал был. Пошли мы, значит, в обход, а детишки и женщины из нашей деревни заплутались, забрели в горы… — сморщив загорелое лицо, тихо, словно про себя, заговорил старик. — Переполошились все. Не знаю, куда только глядели, забрели на гору Кэйсоку. Ну, пока искали да бродили туда-сюда, сборный пункт, где мы должны были сесть на корабль, взял да и потоп… Мы, конечно, походили поблизости, подождали, но никого уже не нашли. Хорошо еще, что еда везде осталась, в домах-то, и ночевали под крышей — люди ведь все бросили, бежали кто в чем был… Вот вода нас беспокоит, прибывает вода-то… Видать, всю гору уже окружила.
Старик указал пальцем на бурлящую морскую воду с плывущими по ней пемзой и пеплом.
— Видите, и на эту сторону цунами воду нагнало… Ох, и цунами утром было, страсть! Оно во-он оттудова пошло. Да и без цунами вода прибывает. Мы здесь всего два дня, а вода уже на два метра поднялась…
— Не вода поднимается, а весь этот район постепенно тонет, — сказал ему Катаока. — А кроме того, весь горный массив Ямидзо уже передвинулся к востоку километров на восемнадцать — двадцать…
— Что же это выходит?.. Гора Цукуба прямиком суется в море Касима?
Да… — про себя ответил Катаока. А потом и в Японскую впадину…
— Ничего не получается! — досадливо щелкнул языком тот, что крутил тихо попискивавшую рацию. — Батареи совсем сели, а запасные унесло…
— Если вам сухие батареи нужны, есть несколько штук в карманном фонаре… — сказал за их спиной изможденный мужчина средних лет. — Не пригодятся?
— Попробуем, — кивнул Катаока. — А если не поможет, поищем в какой-нибудь лавке.
— Зачем искать-то, в двух километрах отсюда стоит брошенный грузовик сил самообороны, может, его приспособить можно? — спросил старик.
— Да, как сказать, может, у него аккумулятор уже сел?
— Во всяком случае, попытаться стоит… — Катаока с трудом поднял свое налитое свинцовой тяжестью тело. — Где, примерно?
— Погодите, я вам проводника дам, — старик обернулся к людям, сидевшим на корточках в некотором отдалении. — А то как бы вы не заблудились, ведь темнеет уже. Грузовик-то прямо в долине бросили, в стороне от дороги. Сами вы не найдете.
Не было еще и семи вечера, а сумерки сгущались раньше обычного: небо на западе было затянуто плотной пеленой дыма и пепла. Над головой черной тушью проносился дым, лишь над восточным горизонтом виднелась узкая рыжеватая полоса, похожая на настоящее небо. С наступлением полной темноты на западе появилось багровое зарево извержения. В скалах свистел холодный ветер. В этом году люди так и не видели настоящего летнего солнца, в рыжевато-сером небе плавал мутный, кровавого цвета диск. Иногда показывалась какая-то необычная коричневая луна, а звезд вообще не было. Выброшенные высоко в стратосферу десятки тысяч тонн пепла, начинали кружить над северным полушарием, обещая через два-три года всему миру холодное лето и страшный неурожай.
Старик решительно поднялся на ноги — видно, решил, что в таком деле ни на кого нельзя положиться.
— Корабль! — вдруг крикнул кто-то, находившийся чуть выше на горе.
Усталости как не бывало. Люди вскочили, встали на цыпочки, вытянули шеи. И наконец увидели: на фоне быстро угасающего заката, совсем близко проплыли черный корпус и мачта судна. Почему-то оно шло без единого огонька, даже без бортовых огней.
— Эге-гей!.. — люди закричали, замахали руками. — Сюда, сюда, помогите!..
— Костер, быстро! — крикнул Катаока. — И давайте сюда все карманные фонари кроме двух, самых мощных.
Старик громко распорядился, и средних лет мужчина побежал в сторону. Раздался треск ломаемых веток, куча быстро росла.
— Используем все батареи, — сказал Катаока, проверяя карманные фонарики и бросая лучшие батареи радисту — Передашь SOS. Все будет в порядке, расстояние всего четыре-пять километров.
При свете карманного фонарика радист соединил проводником батареи, не вынимая их из фонарей. Включив рацию, он закричал:
— Везет, они как раз переговариваются!
— А ты вклинься в их разговор, — посоветовал Катаока. — Судно сил самообороны?
— Нет, кажется, американское.
В рации раздались звуки более мощные, чем сигналы с судна.
