Разведчик передал Ганлику ауспекс. Здоровяк просмотрел сделанные пикт-снимки и утвердительно проворчал.
- Подождите, - вдруг заговорил савларец, впервые за весь день.
Баннику савларцы казались странными и чуждыми людьми с жестким взглядом и морщинистой кожей, покрытой слоем грязи. От них всегда исходил запах химикалий, словно они мылись не в воде, а в каком-то растворе – если вообще мылись. Радден рассказывал ему, что Савлар – просто адский гадюшник, залитый смертоносными токсинами.
- Они воры, подонки, - говорил Радден. – Следи за своими вещичками, если эти типы крутятся поблизости. Эти респираторы, которые они всегда носят? В них ингаляторы с наркотиками. В бою держись от них подальше, когда они под газом, то не отличают зеленокожих от людей. Они здесь потому, что они – мастера выживания. Их не часто призывают в Гвардию - слишком трудно их контролировать - и посылают только в дыры вроде этой. Вот в такой заднице мы оказались.
Савларский диалект готика был таким неразборчивым, что Банник с трудом мог понять одно из трех слов. К счастью, их спутник, говоря с Банником и Ганликом, переходил на разновидность обычного низкого готика.
- Давайте подождем, - сказал он шипящим голосом. – Я еще не получил подтверждения от моего командования, что главная разведгруппа на месте. Уйдем сейчас – рискуем наткнуться на сюрпризы. Уйдем – окажемся вне зоны действия связи, я не получу подтверждения.
Ганлик заметил, что савларец с любопытством рассматривает его медальон. Прищурившись, Ганлик покачал головой и спрятал странный талисман под мундир. Савларец, задержав на секунду взгляд, отвернулся.
- Сэр? – спросил парагонский разведчик.
Банник посмотрел на Ганлика.
- Ты лейтенант, - пожал плечами здоровяк.
- Кортейн сказал…
- Мы сейчас не на борту «Марса Победоносного».
Банник подумал немного и кивнул.
- Он прав, подтверждения не было. Мы подождем.
И они ждали под полярным сиянием калидарской ночи. Ветер полностью затих, и температура сильно понизилась. Эта перемена погоды заставляла нервничать парагонских разведчиков. Видимость улучшалась, и из-за разницы температур их было бы легко заметить в пустыне в инфракрасном спектре. Банник был рад узнать, что орки не обладают такой способностью от природы, и их зрение в общем оставляет желать лучшего.
- Там что-то происходит, - сказал Ганлик. Разведчики присоединились к двум танкистам на фальшборте гусеницы.
Ворота в рудничный комплекс, переделанные орками в некое подобие клыкастой пасти, резко распахнулись, их скрип разорвал тишину пустыни. Изнутри комплекса хлынул свет. Из ворот, рыча моторами, выехала колонна багги на широких шинах и направилась на юг.
Проходили минуты. Ворота оставались открытыми.
Большая толпа орков, сотня или даже больше, вышла на песок. Они несли бочки с горючим и разожгли костры широким полукругом перед воротами. Множество зеленокожих меньшего размера – ростом с ребенка – суетились туда-сюда, разнося еду и бочонки с выпивкой. Голоса орков гремели в пустыне; они пили и кричали все громче, разряжая оружие в воздух. Меньшие зеленокожие жарили что-то на кострах, не обращая внимания на визг тех из них, кого хватали орки. Одного мелкого зеленокожего орки держали вниз головой над костром, он вопил и извивался, изрядно веселя этим крупных ксеносов.
- Милая вечеринка, - проворчал Ганлик. – Зеленые басдаки.
Потом из ворот вышли люди, около пятидесяти, скованные цепями, на шею и руки каждого надеты колодки. На них не было ни респираторов, ни защитных очков. Они шли с трудом, спотыкаясь, подгоняемые кнутами хохочущих орков-надсмотрщиков.
Их загнали в круг шумной толпы орков. Банник едва удержался от того, чтобы выругаться вслух, когда один из зеленых гигантов подошел и пнул человека в ребра с такой силой, что несчастный отлетел на несколько метров и, рухнув в пыль, больше не двигался. Других орков это разозлило, и излишне агрессивный ксенос был крепко бит своими же товарищами. Остальных людей загнали в клетку, железные прутья которой были утыканы шипами.
Банник вскоре понял зачем.
Нетерпеливый орк раньше времени испортил одну из их игрушек.
Из ворот рудника вышло еще больше орков, они несли с собой страшные инструменты – жутко выглядящие крючья и доски, утыканные шипами и лезвиями. Выбрав одного из пленных людей, они вытащили его из клетки. К шуму, издаваемому орками, вскоре присоединились вопли человека.
- Трон Святой… - прошептал Банник. – Трон Святой…
Он понял, что повторяет это снова и снова.
- Видели, как развлекаются зеленые? – спросил савларец монотонным голосом. – Лучше не попадаться им живыми, а?
Он смотрел на жуткое зрелище равнодушно, казалось, больше испытывая любопытство, чем что-либо еще. Банник подумал, какой же мир мог сделать человека столь бесчувственным.
- Здорово все-таки, что на его месте не я. Слава Золотому Трону и все такое. А зеленые-то совсем не такие, как в книжке, а, сэр офицер? Совсем не как в книжке…
Из громоздкого дыхательного аппарата савларца раздалось шипение. Солдат вздохнул, и его глаза, казалось, еще больше остекленели.
- «Памятка Имперского Пехотинца»?
