Гиблое дело полностью

Пока я мазал щеки и лоб Фыонг оранжево-синей мазью, нас разыскали Армен с Дэйвом, о прибытии которых предупредил запах травки.

Дэйв замахал руками.

– Ребята, охренеть, это надо видеть! – Они оба были в защитных очках и комбинезонах, из карманов которых торчали перчатки. Поразительно, но работали они весьма споро… но только в паре друг с другом. Любая работа с другими людьми приводила к полнейшей катастрофе по всем фронтам.

Чуть более накуренный Армен, отстающий от Дэйва на полшага, с энтузиазмом закивал.

– Серьезно.

Поэтому мы похватали бутылки с водой, натянули сандалии и пошли дальше по пляжу, где за поворотом швартовались три элегантных гидрофойла.

Экипаж, который привязывал их к полузатопленным кнехтам, состоял из молодых мужчин и женщин, одетых в такие же элегантные шорты, плотные нейлоновые ботинки с низким подъемом или белоснежные мокасины. У всех были фуражки с вышитым названием корабля: «Постконтрактный оппортунизм».

– Ахой, – сказал капитан – невероятно симпатичный азиат с ослепительной улыбкой. Проворно спрыгнув на плавучую дорожку, он направился в сторону суши… и к нам. – Разрешите сойти на берег?

Фыонг сощурилась.

– Вы уже на берегу, и разрешение не у нас нужно спрашивать. Чем можем помочь?

Все больше яхтсменов сходили на берег: чистенькие лица, белые воротнички, сверкающие белизной улыбки.

– Мы из Флотилии! – сообщил азиат. – Стоим в полутора километрах от берега. Сейчас мы проводим информационную кампанию вдоль побережья и хотели бы пригласить вас и ваших соседей подняться на борт и посмотреть, каким может быть будущее!

Армен с Дэйвом расхохотались. Я взял Фыонг за руку, и она сжала ее в ответ.

Эта книга обязана всем, кто борется за климатическую справедливость. Да, действительно всем. Я написал большие фрагменты романа в гамаке на своем заднем дворе, пока пепел сыпался с кроваво-красного неба. Я работал на улице, насколько мог, потому что было важно быть там, пока все это происходило. Но это было тяжело. Было больно. Не только от жжения в глазах и раздражения в горле – болело сердце.

Каждое климатическое потрясение – наводнение, пожар, ураган или торнадо – причиняет такую боль. Я отец. У меня есть пятнадцатилетняя дочь Пози, и, когда я думаю о ее будущем, мне больно.

Единственное, что избавляет от боли,– это видеть людей, которые встают перед силами безжалостной эксплуатации ради сохранения единственной планеты во Вселенной, которая может поддерживать человеческую жизнь. Яркая риторика Греты Тунберг, безусловно, а также ее остроумие. Но также и Extinction Rebellion, Sunrise Movement и в особенности Water Protectors. Это моральные примеры, которые наполняют мои резервуары надежды и не дают мне сдаваться.

Так что эта книга для них. Для вас. Для всех, кто понимает, что сортировка мусора не решит проблему. Для всех, кто понимает, что поликризис – это не вопрос индивидуальных изменений, а системных. Для всех, кто идет дальше, чем покупка решений, и вместо этого вступает в группу, в сеть, в движение.

Кроме вас я хочу особенно поблагодарить некоторых обычных подозреваемых, которые необычайно хороши в своей работе и важны для создания этой книги и всех моих книг.

Мои агенты: Рассел Галлен, Хезер Барор-Шапиро и Дэнни Барор.

Ребята из Tor: Патрик Нильсен Хейден (и его запасной мозг, Тереза Нильсен Хейден), Мал Фрейзер, Каро Перни, Лаура Этцкорн, Сара Риди и Люсиль Реттино.

Ребята из Head of Zeus: Ник Читэм, Софи Уайтхед и Полли Грайс.

Ребята из Wunderkind PR: Элена Стокс и Брианна Робинсон.

И, наконец, но на самом деле прежде всего и самое главное, моя семья: Элис Тейлор, Пози Тейлор Доктороу, Роз Доктороу, Гордон Доктороу и Нил Доктороу.